Книга Альтер Эго, страница 30 – Villa Orient

Я не знала этого, но без подготовки не смогла бы вытащить из памяти и рассказать, а он мог.

— Ты готовился?

Он рассмеялся, а мог бы обидеться.

— Нет.

— Прости. Из интересных фактов я помню только про фонтан и почему скульптур шестнадцать, хотя республик было пятнадцать.

— И почему?

— Потому что, когда строили фонтан, была ещё Карело-Финская республика, которая потом получила автономию. Это вон та девушка с ёлочкой. Давай посидим здесь.

Мы сели на бортик фонтана. Когда так сидишь рядом с текущей водой и очень приятным человеком и смотришь на красоту вокруг, становится даже почти хорошо.

— Говорят, здесь есть бункер, под павильоном «Дружба Народов», а подземный вход прямо под статуей Ленина.

— Но туда ведь не водят экскурсии?

— Не знаю, но я был бы не против оказаться там с тобой вдвоём и без экскурсии на пару дней.

— Ты бы довольно быстро об этом пожалел.

— Не думаю.

Нужно переводить тему или заканчивать этот разговор, потому что он переходит в небезопасное для меня русло.

— Тут красиво. Иногда нужно выходить погулять.

— Расскажи о себе.

— О!

Это было почти отчаяние, потому что я не знала, что можно безопасно рассказывать, что не используют против меня. Поэтому обычно не рассказывала ничего, но сейчас нельзя было проигнорировать вопрос. Он и так уже считает меня не от мира сего.

— Я работаю аналитиком в Министерстве иностранных дел, живу в квартире, которую иногда забываю запирать, когда ухожу на работу. И у меня есть кошка. Да.

Вот так, да, просто и безопасно. Вроде бы содержит некую информацию, но ничего важного.

— Кошка, значит, — он усмехнулся. — Как попадают в МИД?

— По-разному. Я училась в МГИМО, работаю по специальности. А ты где учился?

— В ПТУ на механика.

— О! Так ты механик!

— Не удивляйся, я даже работаю автомехаником в сервисе.

— О! — я снова искренне удивилась, зная, что работает он не только механиком.

Это и правда странно. Я почему-то представляю его в спецовке в сюжете какого-то немецкого фильма для взрослых. Он в масле с инструментами, крутит гайки в машине навесу, рукава закатаны, а мышцы напрягаются от усилий. И он отвлекается и смотрит на меня, а я пылаю. Я пытаюсь сбросить это видение. Стала бы я представлять то же самое, если бы мы встретились при других обстоятельствах? Не знаю, но вполне возможно с моим уровнем вожделения.

— Не твой уровень, правда? Я знаю, что ты думаешь, что я тебе не пара.

— Я не думаю, что для меня в принципе есть пара. И дело не в тебе, и уж точно не в твоём занятии, — я не стала дальше уточнять, каком именно.

Ничего у нас не получится. Он свободный парень, творческая натура, живёт в своё удовольствие, делает, что хочет, и получает от жизни всё, а я странная серая мышь, со второй личностью и постоянным голосом в голове, недостойная любви.

Я резко встала:

— Знаешь, мне уже пора, у меня не так много времени, а завтра на работу.

— Так быстро? Давай я помогу тебе донести сумку. С виду она очень тяжёлая. Меня это беспокоит.

— Нет, спасибо. Это же женская сумка.

— Ты беспокоишься, что люди могут усомниться в том, что я гетеросексуальный парень? Главное, чтобы ты не сомневалась.

Женщина с ребёнком рядом с осуждением на нас посмотрела.

— Тише! Перестань!

— Ну, давай, а то скажу громче и что-нибудь другое.

— Ладно, держи, — я отдала сумку, потому что она и правда была тяжёлая. Но теперь он проведёт меня как минимум до метро, и я не смогу быстро от него сбежать, как хотела.