Книга Романтическое Соперничество, страница 18 – Сьюзан Ли

Он откидывает голову назад и смеётся, а я стараюсь не замечать вену, которая проходит по его длинной шее, пока он это делает. Почему у обычного человека так много вен, и почему я смотрю? Я виню годы чтения фанфиков по «Сумеркам».

— Отлично. Ты меня уже зацепила. Я в восторге от того, что буду читать дальше, — говорит он.

Я ненавижу то, как он это говорит, так самодовольно, как будто мне нужно его одобрение. Я ещё больше ненавижу то, что его положительная реакция заставляет меня чувствовать, что я выиграла какой-то приз или что-то в этом роде. Он так редко впечатляется чем-либо, что я говорю или делаю.

— А вступление? — Он машет рукой в мою сторону, приглашая меня продолжить. Как будто мне нужно его разрешение.

— Ой, ладно, — ворчу я. — Ирэн Пак из Лос-Анджелеса. И, ну, я хочу изучать литературу, чтобы стать редактором, хорошо?

— Правда? Не знаю, почему я просто предположил, что ты хочешь быть писателем. Вот почему я в этой программе. Писатель, — говорит он, указывая на себя.

Я перестаю хмуриться и издаю стон, откидывая голову назад на плечи. Почему он должен быть писателем? Я люблю писателей.

Но я не люблю его.

— Как ты относишься к тому, что профессор сказал об изучении классики? Интересно, покроем ли мы какие-нибудь книги Остин, — спрашивает он.

Я не хочу болтать с ним о пустяках. Я не хочу его узнавать. Я уже знаю всё, что мне нужно или хочется о нём знать. Я определённо не хочу читать Остин.

И я очень не хочу так сильно осознавать, как его широкие плечи занимают столько места, и как мягко и чисто выглядит его кожа. Он, вероятно, одержим уходом за кожей и влюблён в мою сестру-модель.

Он ещё и хорошо пахнет, чёрт возьми. Как будто древесно-цитрусовый аромат. Я не могу с собой совладать. Я немного наклоняюсь, чтобы ещё раз вдохнуть, прижимая его к стулу, как бешеную собаку. Он отстраняется, смотрит на меня свысока, и я поднимаю глаза, чтобы посмотреть на него из-под ресниц.

— Извини, — шепчу я, потянувшись за невидимой прядью волос на его плече. — У тебя тут волос.

Я дважды похлопываю его и начинаю отстраняться.

— Спасибо, — говорит он. Он протягивает руку, прежде чем я полностью отстранилась, и самым нежным прикосновением расчёсывает мои волосы пальцами.

У меня перехватывает дыхание. Я сглатываю, но издаю кашель, чуть не поперхнувшись собственной слюной.

Он отдёргивает руку.

— Я просто пытался укротить эту маленькую пушистую часть твоих волос. К счастью, у тебя есть расчёска в сумке.

Снова эта всезнающая ухмылка. Она меня доконает.

Я свирепо смотрю на него, приглаживая волосы обеими руками. Пушистые. Как будто.

— Мне нравится новый образ, — говорит он.

— Я не спрашивала твоего мнения, — говорю я.

Этот трепет в моей груди никак не связан с тем, что он вообще это заметил.

— Просто скажи мне, ты здесь по-настоящему? Это не какая-то жестокая шутка?

— Да, я здесь по-настоящему. Зачем мне тебя разыгрывать? Это слишком много усилий.

Моя осанка рушится, и я издаю вздох, похожий на скуление. У меня есть планы заново изобрести себя здесь, в колледже. Меньше всего мне нужно, чтобы Айден Чжон дышал мне в затылок и отвлекал меня. Я просто должна держаться от него подальше, избегать его. Это маленькая школа, но она должна быть достаточно большой, чтобы никогда больше с ним не сталкиваться. Да, мы можем быть в одних и тех же классах — я могу сидеть на противоположной стороне комнаты, выходить через другой выход, это достаточно легко.