Книга Родственные души в Сеуле, страница 81 – Сьюзан Ли

У семьи всегда должен быть свой врач и юрист.

Вообще-то он мне не дядя, а близкий друг моего отца. Он здорово помог нам на переговорах по контракту, обозначил все пункты, где мы можем защитить свои интересы.

Усмехнувшись, мама продолжает:

— Правда, Самчон настаивает, что он не специалист по контрактам, но без него мы бы совсем пропали. Просто скажи им, что ты не согласен ни с одним пунктом Приложения 2. – Она указывает на экран, где висит список «Дополнительных требований к рекламе». Помимо прочего, требования предусматривают «обязательное взаимодействие за кадром с партнершей по съемкам». Кому-то реально пришлось подробно описать и включить это в мой контракт. Ну и работка у людей.

На экране в маленьких окошках появляется несколько лиц. Руководитель студии, которого я никогда раньше не видел, сидит за столом в одном, мой дядя-юрист – в другом. Я откидываюсь на спинку стула, когда вижу Хэ Джин и Мин Гён. Каждая клеточка моего тела начеку. Я и забыл, как меня напрягает каждая из них.

— Привет, Джейкоб. Как твои каникулы в Калифорнии? – Тон у Мин Гён непринужденный, сегодня она не похожа на ту стерву, с которой я привык иметь дело. Но бдительности я не теряю.

— Все хорошо, – говорю я.

— Ты выглядишь загорелым и… расслабленным. – Она мило улыбается. Это обезоруживает. Я никогда не видел ее такой. Настоящая ли она на этот раз? Или это трюк, шоу для начальства? А может, отпуск и ей пошел на пользу?

Мы почти весь день провели на улице, сегодня же праздник – Четвертое июля. Солнце припекает вовсю, – говорю я.

— Знаю, это День независимости, веселый американский праздник. Надеюсь однажды побывать не нем.

— Ладно, давайте приступим к работе, – прерывает ее руководитель студии.

После часового разговора о контракте и условиях, которые мне предписано соблюдать за кадром, люди по ту сторону экрана остаются разочарованными, а мама разгневанной. Если бы не мама и дядя, я бы давно сдался и согласился на все их требования. Руководство студии шутить не любит. Однако и моя мама не промах: она яростно отстаивала мои интересы. Я то тут, то там пытался вмешаться в разговор, хотел что-то объяснить, взывал к разуму. Но по большей части я просто молчал, ожидая приговора. До которого мы, кстати, так и не дошли.

— Что вы можете сказать мне о ситуации с дядей Джейкоба? – спрашивает мама.

Мы обмениваемся взглядами, пока ждем, кто из начальства нам ответит. Похоже, надежды на положительный исход мало. Мама под столом сжимает мне руку. Что бы ни случилось, мы справимся.

— Неясно, сможем ли мы прийти к согласию. Финансовые запросы с его стороны весьма нестандартны. По всей видимости, Dispatch готов заплатить крупную сумму за эту историю, – сообщает один из сотрудников компании. Я никогда не встречался с ним и понятия не имею, кто это. Но говорит он авторитетно, из чего я заключаю, что этот тип занимает важную должность.

— Каков план? – спрашиваю я. Стараюсь умерить тон, но не могу скрыть своих чувств. Может быть, они захотят, чтобы я затаился на более длительный срок, чем планировалось изначально. Может быть, мы сможем остаться в Сан-Диего подольше.

— Не стоит волноваться, мы с этим как-нибудь разберемся. Скорее всего, нам удастся минимизировать негативные последствия. Не исключено, что тебе придется нанести встречный удар – дать интервью, изложить свою версию всей этой истории.