Книга Эдера 3, страница 13 – Мирослав Адамчик

— Но я ничего не умею делать...

— Тебе и не нужно что-либо уметь, оставайся сама собой — и успех тебе обеспечен.

— Да что ты задумала, Чинция?

— Я открываю свой театр моды. Мне надоело заниматься исключительно одеждой, предназначенной для продажи, хочется посвятить себя чистому искусству.

— Ты собираешься бросить свой бизнес?

— Нет, что ты, Эдера, я хочу расширить его.

Чинция открыла свою сумочку, вытащила из нее скрученную в трубку пластиковую папку и принялась раскладывать на столе документы.

— Я уже многое подписала.

— Прости, но я мало что в этом понимаю.

— А тебе и не нужно понимать. Дай мне просто похвастаться.

Чинция взяла запаянные в пластик документы и принялась объяснять Эдере, что это регистрационные свидетельства ее нового театра моды.

— Ты просто будешь находкой для меня, Эдера, у тебя такая фигура, ты так независимо держишься!

— Но я никогда не думала стать манекенщицей.

— Это не совсем одно и то же. Ты будешь артисткой.

— Но я дилетантка...

— Ничего страшного, для моей концепции больше подходят непосредственность и отсутствие штампов, чем суперпрофессиональное выступление на подиуме.

Дверь в гостиную приоткрылась и вошел Андреа Давила. Чинция нахмурилась, в ее планы явно не входило вести разговор на подобные темы в присутствии мужа Эдеры.

— И о чем это вы тут говорите?

Чинция тут же собрала документы, сложила их в папку и вновь скрутила в трубку. А затем, приложив ее одним концом к глазу, сделала вид, что смотрит в подзорную трубу.

— Андреа, а ты совсем не изменился с тех пор, как мы виделись в последний раз.

— Я этому и сам удивляюсь, Чинция. Я не говорю, конечно, что мой сын подарок, но твоя дочь...

— Ах да, понимаю,— вздохнула Чинция, пряча трубку в сумочку, — этим ты намекаешь, чтобы я поскорее ее забрала.

— Не только это.

Чинция бросила беглый взгляд на Эдеру, подозревая, что та сговорилась со своим мужем. Но жена Андреа смотрела настолько растерянно, что заподозрить ее в том, что она строит козни своей подруге, было невозможно.

— Значит, так, — Андреа подсел к столу и взял в руки недопитый кофе своей жены, — мы оказали тебе услугу, Чинция?

— Да, — пришлось признать той.

— Значит, и ты должна оказать подобную услугу нам.

— Зачем ты заводишь подобный разговор? — возмутилась Эдера. — Неужели ты считаешь, присмотреть за крестницей — это для меня обуза?!

— Нет, но я надеюсь, и Чинции будет не в тягость какое-то время присмотреть за нашим Валерио.

— Нет проблем, — пожала плечами Чинция, — можете оставить мне его хоть на несколько лет. Он великолепный мальчик, думаю, и Эдерине будет с ним веселее.

И тут же Чинция решила больно уколоть Андреа.

— Говорят, Лало с каждым днем становится все больше похожим на Эдеру и все меньше — на тебя.

— А вот Эдерина... — вставил сеньор Давила, — совсем не похожа на тебя, Чинция. Она такая милая, привлекательная девочка...

— Да ладно тебе, Андреа, что ты пытаешься поссорить нас с Чинцией.

— Какое поссорить, — рассмеялась гостья, — я с удовольствием побуду какое-то время с вашим Лало и думаю, это пойдет и мне и ему на пользу.

— Зачем, — немного обиделась Эдера, — я же не работаю и мне будет скучно одной. Ты же целыми днями пропадаешь где-то, Андреа...

Сеньор Давила улыбнулся обаятельной лучезарной улыбкой — той, против которой не могла устоять Эдера.