Книга Клон. Запоздавшее счастье, страница 118 – Габриэлла Лопез

Рания вспомнила о нем и помрачнела. Да, Саид... Рания не писала ему и не звонила. Зачем? Лучше сразу оборвать все связывавшие их когда- то ниточки. Сын? Да, сын... Но сейчас это уже практически сын Сесеу.

Сесеу сейчас внимательно наблюдал за женой, довольно точно читая все ее мысли. Он и сам пока четко не понимал смысла звонка сестры, но он явно сулил какие-то изменения. И, безусловно, хорошие. А Саид... Ну что — Саид? Он тоже живет в Рио, особенно не интересуясь судьбой сына и сбежавшей жены, не задумываясь об их настоящем и будущем. У него, очевидно, своя жизнь, и пусть она будет счастливой! Сесеу старался никогда никому не желать зла, это было противно его душе.

Но Нанду... Сесеу вспомнил, как долго и крепко они дружили, как когда-то делили на двоих все свои беды и радости, как перезванивались каждый день, как часто виделись. Все стало ломаться, обрываться, искажаться с того дня, когда Нанду впервые попробовал наркотик. Новое опасное развлечение стало быстро затягивать. И все — дальше их пути-дороги разошлись, хотя они еще какое-то время продолжали встречаться и пытались поддерживать прежние отношения. Тщетно. Ничего из этого не получилось. Зря они так старались, хотя в основном старался один лишь Сесеу. Нанду уже жил по инерции. Потом еще на какое-то короткое время их соединили сестры. Сесеу тогда опять понадеялся на лучшее и вновь жестоко обманулся. Думал, что любовь способна изменить Нанду, что он недавно лечился в клинике и это принесет свои результаты... Но ничто и никто не мог уже изменить Нанду: ни врачи, ни лекарства, ни любимая женщина. Никто и ничто.

— Хорошо, зови сестру, — задумчиво сказал Сесеу. — Будем искать выход вместе.

Обрадованная Рания бросилась звонить Амине.

Ребенок Мел, ее второй сын, родился недоношенным, и врачи прилагали все усилия, чтобы его выходить. Малыша оставили в клинике, а Мел выписали домой. Но сначала ее неожиданно навестили Шанди-два с Кадижей и Иветти.

Конечно, никто из родных не рассказывал Мел о несчастье с Шанди. Эту печальную тайну свято берегли от нее, разумно опасаясь потревожить ее лишний раз.

— Не знаю только, что мы будем делать, когда ее выпишут, — ворчал Леонидас. — Она увидит несчастного больного старшего сына и заболеет сама. Нет, все-таки насколько проклятый рок привязался к нашему дому!

— Ничего, Львеночек, — как всегда весело отвечала Иветти. — К тому времени, когда ее выпишут, что-нибудь да изменится.

И она снова оказалась права: Кадиже удалось переломить ситуацию.

Увидев мать, счастливый Шанди сразу метнулся к ней.

— Я хочу посмотреть на брата! — закричал он. — Мне вообще почему-то о нем ничего не говорили! Только вот она. — Мальчик ласково глянул на Кадижу. — Она мне и рассказала о нем! Это знаешь кто? Это моя новая няня! Ее прислала Далва!

Мел очень удивилась, но, вопросительно посмотрев на Иветти, высказывать своего замешательства благоразумно не стала. Иветти улыбалась ей и кивала, словно призывая просто соглашаться с сыном. И Мел правильно поняла этот молчаливый совет.

— На брата? — повторила Мел. — Я думаю, это можно будет сделать. — Она снова покосилась на верного советчика Иветти. Та опять весело закивала. — Вот, бабушка Иветти все устроит и поможет. Она тебя и отведет к брату. Да?