Книга Яд Лаоха 2, страница 135 – Елена Галунец

— Куда ты смотришь? — воскликнула она, запахнув халат, и резко отвернувшись, чуть ли не бегом поспешила в свою комнату.

— Что я там не видел? У всех баб там одинаково и не только там, — услышала она его смеющийся голос.

«Какой наглец! И как мне теперь жить в этом доме?» — возмутилась она про себя и закрылась в ванной.

Сония не спеша приняла душ, сделала все косметические процедуры к каким привыкла, находясь в лечебнице, надела самый скромный домашний костюм и спустилась наконец-то поесть. Нахала по пути не встретила и закрывшись на кухне решила сварить себе кашу. Стоя у плиты, она задумалась: «Не спроста Вильос поселил его тут. Настолько он мне не доверяет, что готов терпеть другого мужика в своем доме. Я обнаружила четыре камеры, а сколько их всего? Зная о них, стараюсь вести себя осторожно и ничего не предпринимаю. Не захожу к нему в кабинет и не лажу у него по карманам, хотя ой как хочется. Как найти хоть какую-то зацепку, чтобы узнать, где он прячет сына. Хотя как оказалось и не сын он ему. Что такого услышала Фауни, раз он так быстро от нее избавился?»

Поставив кастрюлю на стол, Сония разместилась на удобном стуле и прямо из нее начала есть. Как же надоело это притворство по утрам и вечерам с полной сервировкой стола и изысканными манерами. Сония вспоминала дни проведенные с Торком, когда он мог принести ей тарелку с макаронами и сыром в гостиную и они смотрели какой-нибудь фильм и ели, бывало даже, сидя на мягком ковре, возле дивана. Вот уже прошло четыре года, но она продолжала тосковать по нему. Чтобы не упасть совсем в уныние она позвонила Леопе. Сестра обрадовалась звонку и подробно рассказала о своих приключениях в больнице. В голосе иногда проскальзывало беспокойство за Сонию, но для постороннего человека это выглядело простой болтовнёй. Чувствовали они себя с малышкой хорошо, подарок им очень понравился, Снора неожиданно повысили на работе, так что жизнь налаживается и зная, что их прослушивают они не могли искренне друг с другом поговорить, но были рады и тому, что все живы и здоровы. Без аппетита ковыряя ложкой кашу, Сония решила отвлечься чтением новостей, пропустив момент, когда на кухне появился Кнуд.

— Ты опять ешь? Час назад ты ж завтракала с Грэгом. Растолстеешь так, дома сидеть и ничего не делать.

— Не твое дело, — грубо ответила она и поспешила закинуть последнюю ложку в рот, чтобы покинуть его общество, но по закону подлости она поперхнулась этой кашей и не в силах сдержаться закашлялась.

— Каши пожалел, жмот, — в промежутке между кашлем произнесла она.

— По спине тебя похлопать? — спросил он подойдя ближе.

— Отвали от меня, Кнуд. Вильос сказал, что ты сопровождаешь меня на улице. Дома я не обязана с тобой разговаривать, — выпалила она, и налив в стакан воды, сделала глоток.

— Ты такая двуличная. За красивой оберткой скрывается гнилая конфета. Ты как настоящая змеюка. Я и сам к тебе подойти-то боюсь. Укусишь вдруг. Знает ли Грэг, кого пригрел?

Соние стало обидно от этих слов. Как он посмел такое сказать, когда абсолютно ее не знает. С размаху поставила стакан на стол, расплескав его содержимое, она схватила смарт и вышла на задний двор, помня, как хотела посмотреть на новую клумбу, которую приготовил и что-то высадил вчера садовник. Отойдя подальше, спряталась за дерево и неожиданно расплакалась. Столько лет она держала в себе слезы, не позволяя никому их видеть, а тут прорвало. Обида. Невыносимая обида сковала ей горло. Хотелось кричать и высказать все что накопилось за эти годы, но кому это говорить? Человеку кого ненавистный Вильос считает другом? Да ведь он точно такой же убийца, как и все его окружение! У Вильоса не может быть нормальных друзей. Почему ее вообще это так волнует? Приготовил вчера завтрак, с такой заботой перебинтовал палец, отвез в больницу, накормил обедом, и поэтому она решила, что он другой? «Мне суждено быть одной, без сестры, без друзей… без детей», — подумав про Киру разрыдалась сильнее. А в это время через камеру, установленной в саду Кнуд смотрел на своем смарте как сидя на корточках, прячась за деревом и уткнувшись в ладони плачет хрупкая женщина. Он видел, что она не притворялась. Если бы хотела, чтобы оценили ее спектакль, она бы не стала прятаться. Он только вчера установил там камеру, и значит про остальные она знает, раз не пошла в свою или в любую другую комнату. Вильос редко просит посмотреть, чем она занималась днем, а вот Кнуд поймал себя на мысли, что даже удаленно он периодически включал и смотрел, точнее любовался ею. Всю систему в доме устанавливал он четыре года назад, когда Вильос залечивал свою рану о которой он никому не сказал. Как не пытался Кнуд узнать, кто на него напал, но это осталось в тайне. Работа под прикрытием доставляла множество неудобств, Кнуд не мог видеться с настоящей семьей и для Вильоса он был женат и имел родителей из таких же как он секретных агентов. Роль жены играла Дэгни. Из-за травмы на прошлом задании, она осталась без руки, поэтому напрямую помогать не могла, а удаленно занималась прослушкой, чем очень сильно помогала. Вильос был знаком с ней и о той ужасной аварии, где погиб сын Кнуда и после которой Дэгни пришлось ампутировать руку писали даже в новостях, поэтому проверив своего нового сотрудника, у него не возникло мысли о какой-либо подставе. Давал ему работу по установке системы слежения в разных помещениях и так все больше общаясь с ним, решил приблизить его к себе. Один раз даже приглашал в отпуск, когда его дочь жила с ним. Хотел познакомить Киру с Дэгни в надежде что у избалованной дочери при виде однорукой девушки включится инстинкт самосохранения. Во время их ссоры, она хотела ударить отца и его угрозы, что он оторвет ей руку, она не восприняла в серьез, но увидев Дэгни она притихла и весь отпуск вела себя прилично. И вот три дня назад Вильос неожиданно предложил отправить Дэгни в санаторий, а Кнуду присмотреть за Сонией. Кнуд сразу же согласился, сказав Вильосу что как раз ему нужны деньги на новый дом. Выходить на связь с начальством он не стал, ведь это не было экстренной ситуацией, поэтому он приехал вчера на новое место прибывания, прекрасно зная, что за ним так же ведется наблюдение.