Книга Там, где бьется пульс, страница 43 – Александра Глазкина

Конечно, с точки зрения здравого смысла Кэсси — не самая удачная ассистентка, но кто он такой, чтобы менять порядки? Да и какие у него основания, чтобы требовать замену? Что она пару раз ему надерзила? Начало беседы не задалось, время покажет.

— Что ж, моя строгость будет прямо зависеть от того, как Вы справитесь. Предлагаю не откладывать дела. Пойдемте, нам нужно осмотреть крыло замка для человеческих гостей. Готового списка пока нет, я жду информации от Вашей сестры, ограничимся пока общим осмотром.

— Могу я спросить, господин Мелвин, почему утверждение списка гостей с вашей стороны зависит от магического?

— Многовековая договоренность: соотношение гостей на Балу коррелируется с соотношением магов и людей в обществе в целом. Сейчас оно составляет один к десяти.

— К двенадцати.

— Вот как? — конечно, он знал последнюю статистику, но хотел проверить Кэсси.

— Магов рождается все меньше, увы.

— Сожалею. Так вот, если в магическом списке будет, к примеру, триста гостей, но с нашей стороны необходимо пригласить…

— В двенадцать раз меньше. Суть я уловила, господин советник, но вот с арифметикой дружу не очень. Если в дальнейшем будете устраивать мне проверки, все задания, что связано с цифрами, я сразу провалю.

— Я и не думал…

Но Кэсси так на него посмотрела, что Мелвин проглотил конец фразы.

Левое крыло, отведенное для приема человеческих гостей, встретило их паутиной и пылью. Поскольку Бал проводился лишь раз в год, в остальное время покои стояли закрытыми, и лишь иногда приходили слуги для поверхностной уборки.

— Навести чистоту и порядок, — заметила Кэсси после того, как звонко чихнула, — первый пункт в списке.

— Будьте здоровы, — запоздало сказал Мелвин (в магическом мире такого не желали, а он все время забывал, что сейчас он — человек).

— Благодарю!

Кэсси не совсем понимала, зачем человеческому советнику необходимо проводить такой осмотр комнат самостоятельно. Неужели нельзя было поручить замковому дворецкому проследить, чтобы смазали дверцы шкафов и заменили сломанные стулья. Но она помалкивала, понимая, что за предыдущий час и так наговорила лишнего. Просто с Мелвином было трудно, он не поддавался на ее чары, да она и не рискнула их применять, а до этого общаться со взрослым состоявшимся мужчиной в деловых рамках, а не в светских салонах, ей не приходилось. Преподаватели академии не в счет — те же школьные учителя, только с магическим даром. Вот ее и кидает из крайности в крайность.

Поэтому она послушно следовала за Мелвином, записывала в подаренный блокнот вереницу замечаний и поручений и с любопытством рассматривала убранство человеческих покоев. И все же один раз не выдержала:

— Господин советник, могу я Вас попросить⁈

— Да?

— Можете называть меня просто Кассандрой? Да, я знаю, мы близко общаемся всего первый день, и это снова нарушение этикета. Но когда мы одни, можете пропустить эту формальность? А на людях будете обращаться ко мне как положено. Ну, пожалуйста! А то госпожа, госпожа, госпожа… Я себя чувствую какой-то старухой в кружевах, уснувшей в углу салона!

Мелвин не выдержал и рассмеялся:

— Почему такие ассоциации?

— Так… не знаю… А, тетку вспомнила, дальнюю родственницу. У нее не было прямых наследников, и наши кузены так стремились ей угодить во время визитов. Госпожа, позвольте Вас поддержать, — передразнила она, — госпожа, позвольте предложить Вам подушку под спину? Госпожа, не слишком ли крепкий чай? Они так утомили ее своим подобострастным вниманием, что в итоге она просто заснула прямо в гостиной!