Книга Там, где бьется пульс, страница 48 – Александра Глазкина

Кэсси молчала. Сама мысль о том, чтобы ябедничать, претила ей. Гордо отказаться? Тогда тетка разозлится, да и на Бал ей нужно попасть во что бы то ни стало! Это чистое везение, что ее умение печатать на машинке, непопулярное среди магичек, помогло обойти претенденток на эту должность! Впрочем, ведь это от нее самой зависит, что и когда она будет рассказывать директрисе о Мелвине! Кэсси повеселела и постаралась, чтобы ее голос звучал смиренно как при молитве.

— Я поняла Вас, тетушка. Конечно, я буду с Вамиконсультироваться, если в том возникнет необходимость.

Тетка вернула на тарелку нетронутое пирожное, которое все это время держала в руке. Отпила чаю из изящной кружки.

— Вот и замечательно! Иди, моя девочка, отдыхай!

Кэсси подхватила кота на руки, встала, осторожно пересадила его на кресло. Тот недовольно сверкнул глазами.

Девушка покинула кабинет в недоумении. Значит, между магами и людьми нет доверия? И Бал — не просто праздник, а политическое событие? Живя семнадцать лет в ожидании магии, Кэсси не утруждала себя мыслями о том, как устроен мир. Вернее, она с интересом изучала человеческие сказки и магические легенды, читать которые разрешал ей отец. Прилежно училась в человеческой школе и охотно посещала домашние балы, мечтая о выходе в свет. Восторгалась новинками технического прогресса, мечтала прокатиться на дирижабле и выпросила у отца печатную машинку, на которой, втайне от всех, печатала свои рассказы.

Но взрослые разговоры о политике казались ей скучными. В газетах большинство страниц были покрыты белыми квадратами: до схождения стихии детям были недоступны статьи о важных новостях и происшествиях в магическом мире. Да, она знала, что у со-правителей, человеческого короля и Владыки магического мира, иногда возникали разногласия. Это легко было отследить за десять лет школы, когда трижды расформировывали общие классы, чтобы дети магов учились отдельно от людей, а потом вновь их объединяли. Да, она читала в книгах о сложностях взаимоотношений магов и людей, о древних войнах, о том, как королева Кристиана заключила союз с людьми и с тех пор начался новый отсчет в истории обоих миров. Но это все было или давно, или далеко, и на ее реальной жизни никак не отражалось.

У нее были и подружки, и поклонники как среди людей, так и среди магов, она могла посещать все развлечения человеческого мира: балы, театры, музеи, цирк, скачки (только смотреть, а о ставках, сделанных через посредничество Говарда отцу было знать необязательно). Она могла участвовать в доступных детям стихийников магических развлечениях, тех же балах и зрелищах, только расцвеченных стихийными эффектами. Ей этого было достаточно.

Теперь, в академии, она с жадным любопытством постигала особенности магического мироустройства, привыкала к ощущению огня в венах, радостно соглашалась на участие в студенческих развлечениях, но все это также не выходило за рамки ее девчачьих интересов.

Сейчас же ее впервые допустили к делам взрослым, серьезным и, возможно, опасным. И хотя мысль шпионить на тетку по-прежнему не вызывала у Кэсси радости, но то, что следить придется за Мелвином, вызывало эйфорию. Главное, чтобы Матильда ничего не заподозрила и не испортила ей игру!

Для работы со списками Матильда выбрала небольшой уютный кабинетик в закрытой секции библиотеки как раз недалеко от раздела, где хранились фолианты с данными обо всех выпускниках Элвен-кассл. Так было куда удобнее, чем перетаскивать их в приемную. Матильда сменила рабочую униформу на красивое шерстяное платье темно-синего цвета, строгое, но по рукавам и вороту обшитое серебристым галуном. Оно ей очень шло, подчеркивало яркость глаз.