Книга Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2, страница 7 – Моргана Маро

Рассредоточившись, они обошли поселение, и от Ян Юмэй не скрылось недоумение на их лицах, когда они не обнаружили ни крови, ни ткани с лисьим мехом. Значит, эта старуха действительно подстроила смерть всех обитавших здесь Юнь, намереваясь обвинить в этом лисов.

Дождавшись, когда боги, так и не найдя зацепки, уйдут, Хуанъянь и Мин Хань вновь стали собой. Сидя на ветке сосны, Мин Хань спросил:

— Ты не расскажешь об этом Ян Лю?

— Он и так знает, что Цзюньфэнь уничтожает Юнь, мои слова ничего не изменят. Если бы последние наконец дали отпор, возможно, глава Небес отстала бы от них, но, пока этого не происходит, они так и будут умирать.

Возможно, раньше Ян Юмэй и волновало это, но не сейчас. Она ничего не должна роду Юнь, как и он ей. Если Ян Лю не отдаст приказ, она так и будет стоять в стороне, пока не останется единственной из этого проклятого рода.

— Давай вернемся на Небеса, – предложил Мин Хань.

— Ох, А-Хань, тебе стоит быть равнодушнее к чужим смертям.

— Может быть, через пару сотен лет я и стану равнодушнее.

— Тц, только не говори, что твоя жена – древняя старуха, – закатила глаза Ян Юмэй, спрыгнув с ветки.

— Когда я такое говорил? – удивился Мин Хань, приземлившись рядом. – Разве старость не значит мудрость? Некоторым бы она точно не помешала.

Поняв, о ком он говорит, Хуаньянь фыркнула, подавляя смех. И правда, одному пустоголовому богу войны не помешало бы набраться мудрости.

Духи, испуганно ахнув, поспешили обратиться в цветы по краям дороги. Ян Юмэй прошла мимо них, не одарив и взглядом, с интересом рассматривая спрятавшиеся за золотыми листьями дома небожителей. Она и подумать не могла, что когда-нибудь сможет гулять по Цышань в открытую, не прячась среди листвы и веток.

Серебряные украшения тихо позвякивали от каждого шага, а алая ткань трепетала, хотя ветра не было. Любой, кто видел Хуанъянь, – будь то дух или небожитель – испуганно замирал и спешил спрятаться подальше. Боги войны еще пытались держаться, но, стоило Ян Юмэй взглянуть на них, бледнели и под различными предлогами уходили. Хуанъянь это так забавляло, что она с трудом сдерживала смех, наслаждаясь прогулкой. Когда она сказала, что хочет осмотреть Цышань, Мин Хань лишь попросил ее не приближаться к источнику светлой ци, которым являлся сок древа. Он был чистым, как вода, и залечивал серьезные раны. Если Ян Юмэй приблизится к нему, то сожжет себя изнутри.

— Даже для такой, как ты, это смело, – раздался позади холодный голос.

Обернувшись, Ян Юмэй улыбнулась так, что стоявшая в паре шагов от нее Лу Янь вздрогнула, сильнее сжав зонтик. Она держалась прямо, расправив плечи и смело смотря на демоницу. Но Ян Юмэй чувствовала ее страх, видела мелкие капельки пота, выступившие на висках богини.

— Ох, А-Янь, как давно мы с тобой не виделись, – промурлыкала Хуанъянь, подойдя к ней ближе. – Ты хочешь составить мне компанию? Неужели уже соскучилась?

— Ты! – вспыхнула богиня, тяжело дыша. – Не думай о себе слишком много! Ты тут временный гость!

— А-Янь, лучше хмурься поменьше, ты же не хочешь выглядеть старше меня? Потом еще будут думать, кто на самом деле старуха, – рассмеялась Ян Юмэй, увидев, как горят уши Лу Янь. – Могу узнать, что ты хотела от ничтожной меня? А то такое чувство, словно ты скучала без моего общения.