Книга Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2, страница 83 – Моргана Маро

— Советник Юнь, я могу вас попросить передать письмо? – вдруг спросила она.

— Кому же?

— Ся Юань.

Взгляд Тай Фансиня на мгновение замер на Ян Юмэй. Он кивнул, приняв из дрожащих рук нюй юэ письмо.

— Я попросила подготовить для вас лошадь, – обратилась Синхуа к Хуанъянь. – Надеюсь, в следующий раз хозяйка Ян не будет так пугать нас.

— Как получится, – дернула плечом та, вспомнив кое о чем. – Когда мы пришли сюда, тот дух обрабатывал рану нюй юэ.

— Один из гостей захотел большего без ее согласия. Мы его выгнали и запретили посещать Цветочный дом.

— Хорошо. Освободите ту девушку от работы на день.

— Я передам ей ваши слова.

Оставив Синхуа, Ян Юмэй спустилась с Тай Фансинем на первый этаж. Не став привлекать внимание гостей, многие из которых наверняка бы узнали советника, они вышли через дверь для слуг. У входа, привязанная к столбу, ждала лошадь, недовольно постукивавшая копытом по камню.

— Зачем этой нюй юэ передавать тебе письмо? – нахмурился второй принц, помогая Ян Юмэй сесть в седло.

— Потому что эта нюй юэ – моя мать, – ответила та, забрав из его руки письмо.

— Что? – так и замер он.

— Забирайся, – поторопила его Хуанъянь. – Объясню по дороге.

Отвязав лошадь, Тай Фансинь запрыгнул за спину Ян Юмэй. Слегка ударив коня по бокам, отчего тот недовольно всхрапнул, он направил его в сторону Таобая.

На ночных улицах Хэчжоу почти не было людей – лишь пара бродяг, что искали приют, да стражники с фонарями. Копыта лошади громко стучали по камню, разрушая тишину и взметая в воздух свежевыпавший снег. Он белым кружевом лежал на зеленых листьях и розовых цветах персиковых деревьев.

— Мой отец и эта нюй юэ когда-то давно любили друг друга, но первого отправили в Храм, а вторая скрыла свою беременность, – наконец заговорила Ян Юмэй. – Ее роды были тяжелыми, и, если бы она не напоила меня своей кровью, я бы умерла. Однако прошлая хозяйка скрыла это от всех. Она сказала Синхуа, что ребенок не выжил. По ее легенде, меня подбросили на порог дома.

— И такое бывает?

— Да. Ты видел тех девочек, которые подают вино и закуски?

Тай Фансинь кивнул.

— Они все – подкидыши. Кого-то оставили у дверей Цветочного дома еще младенцами, а кого-то – в более сознательном возрасте. Родители не могут прокормить своих детей, вдобавок какая польза от девочки? Они оставляют их у порогов домов знатных семей или таких мест, как Цветочный дом. Здесь всегда нужны руки, а если девочка еще и красивая, то в будущем сможет приносить прибыль, – пожала плечами Ян Юмэй. – Все видели, что я родилась мертвой, и Синхуа не удалось меня оживить, потому и смирились с моей смертью. А когда пришел Ся Ган, хозяйка поспешила избавиться от меня – какой спрос с глупого ребенка, который не может даже двух слов запомнить?

— Тогда почему ты не сказала Синхуа, кем являешься?

— Сегодня была… немного неподходящая обстановка, не думаешь? Узнать, что твоя дочь – та самая глупая дочь семьи Ся, так еще и хозяйка Цветочного дома, которая чуть не умерла на твоих глазах, весьма… пугающе.

— Ты точно в порядке? – придержав коня, с едва уловимым беспокойством в голосе спросил Тай Фансинь.

— Да, тот дух дал мне несколько восстанавливающих отваров, – похлопала его по руке Ян Юмэй. – Хотя я бы не отказалась еще немного вздремнуть.