Книга Повелительница Рун, страница 97 – Торстен Финк

— Это доказывает, камергер, что мои руны не нуждаются в обновлении. Она не смогла ступить на мост.

— А как она очутилась в городе, мастер Маберик? У вас есть на это ответ? Нет? Я скажу вам, уважаемый лар, от имени графа: пока ваши руны не препятствуют тому, что такого рода гадины оказываются в нашем городе, вы отсюда не выйдете!

Мастер с серьёзным видом посмотрел на серого гостя. Он сложил руки на животе и принялся перебирать пальцами. Глаза его сузились, и Айрин поняла: он что-то замышляет.

— Возможно, я действительно могу вам помочь, камергер. Пойдёмте со мной к повозке. У меня есть кое-что для вас.

— Руны?

— Лучше! – Он подхватил камергера под руку и вывел из комнаты. – А ты, Айрин, не стой как камень. Поклажа сама не соберётся. Отнеси её вниз, но поставь у повозки, не хочу, чтобы мне мешали. И помоги потом своему брату с лошадьми. Я ненадолго.

И с этими словами вывел камергера из комнаты.

Айрин, вздохнув, послушалась: отнесла сумки в повозку, напрасно прислушиваясь у закрытой двери, затем пошла в конюшню помочь Барену. Казалось, её брат совсем не спешил – он даже не всем лошадям надел сбрую. Она поторопила его и рассказала о госте.

— Что ты об этом думаешь? – спросила она, выводя Номер Один.

Барен пожал плечами:

— Мастеру виднее, как будет лучше.

— Но провести графа? Мне это кажется не очень разумным. К тому же я бы хотела посмотреть город.

Брат усмехнулся:

— Имеешь в виду, что хотела бы посмотреть на то, что портной выставляет у своих дверей?

— Даже если так! Мне правда нужно новое платье. Да и тебе новая рубашка не помешает, Барен Сын Ворона.

— Если я правильно понимаю, наш путь лежит в следующий город, намного больше этого. Там наверняка тоже найдётся один или два портных.

— Надеюсь, – буркнула Айрин и пошла за Номером Два. Лишь сейчас она обнаружила незнакомку – служанку, небрежно чистящую лошадь. У неё был бледный, больной вид.

— С вами всё в порядке? – обеспокоенно спросила Айрин.

Служанка посмотрела на неё очень странным взглядом, который Айрин не могла истолковать.

— Да, только голова что-то побаливает…

— Подышите свежим воздухом, – посоветовала Айрин. Что-то в служанке показалось ей знакомым.

— С радостью бы, но здесь, на рынке, меня подстерегает влюблённый сапожник. Поэтому я лучше ещё немного побуду в конюшне.

— О, как знакомо, – пробормотала Айрин, вспоминая вахмистра Хуфтинга. – Я могу сказать моему мастеру, у него наверняка есть средство от головной боли. Он лар, понимаете?

— Не беспокойтесь, мне уже лучше. Но, как я вижу, вы готовитесь уезжать. Могу ли я спросить, куда вы направляетесь? Возможно, я могла бы пройти часть пути с вами. Путешествовать в одиночку опасно для простой служанки.

— Я пока не знаю куда… – Айрин запнулась, вдруг почувствовав недоверие к этой странной женщине.

— Где ты застряла? – спросил Барен у дверей в конюшню.

— Уже иду. – Айрин вздохнула и взяла за хомут Номер Три. – Странно это, однако, – тихо проговорила она, шагая рядом с братом. – Повар Лель в какой-то мере это предсказал. Он собирался внушить дядюшке, что я отправлюсь в Иггебург, чтобы покинуть Земли Бурь. Он надеялся так направить его по ложному следу. И Грит чуть ли не в обморок упала, сказав, что Иггебург – место испорченности и порока.

— О дядюшке я бы не стал беспокоиться, – размышлял Барен. – Меня больше тревожат слухи о ведьмах и то, что наш мастер не хочет говорить нам кое-что об этих Драконьих вратах.