Книга Ночная охота, страница 116 – Александра Кристо

Но один из нас солгал.

«Я не убийца», – сказал я Хранителю Архива.

Но это было неправдой.

— Что ты сделал? – спросила Атия, и негодование, словно затмение, омрачило ее лицо.

Я готов был на что угодно, чтобы все исправить. Мечтал разгладить морщинку боли от предательства между бровями Атии и вернуть ей улыбку, хотя и понимал, что не заслуживаю такого счастья.

— Я рассказал о тебе Богам, – оправдывался я. – Они в любом случае собирались проклясть тебя. Хотели, чтобы ты нарушила правила. А я должен был вынудить тебя это сделать, чтобы Боги смогли украсть твои силы.

Руки Атии дрожали.

— Зачем же ты взялся выполнять такой приказ?

— Потому что я Вестник и это было моим долгом, – ответил я. – Потому что тогда я решил, что это неизбежно.

Но более из-за того, что разговор с Хранителем не выходил у меня из головы. Мысли об уничтожении Бога, чтобы вернуть свою человеческую жизнь, и разочарование оттого, что я не мог сделать это сам.

— А еще потому, что мне нужна была твоя помощь, – признался я. – Монстра достаточно потерянного, чтобы согласиться на такое. Кого-то, кто способен убить вместо меня, воспользовавшись моим кинжалом так, как я никогда не смогу.

У Атии перехватило дыхание от осознания правды.

— Ты хотел, чтобы это случилось со мной, – процедила она. – Ты хотел, чтобы меня прокляли и я отчаялась до такой степени, что согласилась тебе помогать.

Горечь предательства на лице Атии разбивала меня на части, словно зеркало. Тысяча осколков врезались в сердце, накрывая меня волной понимания – это провал.

— Ты сказал, что Вестники умеют манипулировать эмоциями, – сказала Атия. – И ты использовал свои способности, чтобы убедить того человека продолжить выслеживать Тристана. А со мной? Ты сделал то же самое, чтобы я…

Она осеклась. Ее губы были плотно сжаты, а брови с вызовом изогнуты. Атия явно хотела вывести меня на еще большую откровенность, прежде чем вулкан внутри нее снова начнет извергаться.

— И какие же, по-твоему, чувства я заставил тебя испытать своими манипуляциями? – стал допытываться я.

— Ты отлично знаешь какие! – огрызнулась Атия в ответ. – Тот поцелуй вообще был искренним? Той ночью, что мы провели вместе?

Меня передернуло от этого обвинения.

— Какой еще поцелуй? – влез Тристан, глядя на нас обоих. – Какая ночь?

— О Боги, Атия, – выдохнул я. – Да я бы никогда.

— Никогда не предал бы меня?

Она выдавила смешок.

— Так вот что имела в виду Тиа, когда говорила, что это ты вырвал меня из прежней жизни. Это твоими стараниями я оказалась здесь, – продолжала Атия. – Она предупреждала меня не доверять тебе, а я, глупая, к ней не прислушалась.

Если бы Атия была в состоянии поверить мне, я бы объяснил, что Вестники не могут достать эмоцию из ниоткуда. Мы не способны создавать ложные чувства, а умеем лишь усиливать или подавлять то, что уже живет внутри.

«Что там, внутри тебя?»– чуть не сорвалось с моего языка.

Что так остро чувствовала Атия, чтобы подозревать меня в этом?

— Я беспокоюсь о тебе, – честно признался я. – Больше, чем за кого-либо и за что-либо в своей…

Не успел я окончить фразу, как Атия всадила мне в горло кинжал.

— Ты не помнишь свою прошлую жизнь, – оборвала она. – Тебя хотя бы ранит это лезвие? – Она с силой надавила на кинжал – мой кинжал, – вогнав его так глубоко, что я ощутил, как он распорол мою кожу.