Книга Ночная охота, страница 79 – Александра Кристо

Но губы Атии дрогнули.

— Мне не хватает тех, кто жил в этом доме, – ответила она. – Я скучаю по родителям.

— Какими они были?

Снова задаю вопрос. Ничего не могу с собой поделать.

— Моими, – нежно сказала она.

Атия повернулась ко мне, ее глаза, словно черные дыры, засасывали меня. Взгляд был глубоким и неподвижным. В нем было столько всего…

Упорство и непреклонность.

— Они были у меня, а я – у них, – ответила она. – И в этом мы были счастливы. В безопасности, зная, что никогда не будем одиноки.

Атия закусила губу, как будто пытаясь не дать себе продолжить рассказ. Но я очень хотел, чтобы она не замолкала и поведала мне что-нибудь о своей жизни до нашей встречи. Я ощущал неумолимую тягу к ее словам, к ее историям.

Жаждал узнать о ее жизни, пока не мог вспомнить свою.

В ней было столько всего, о чем я никогда не задумывался спросить раньше, а теперь осознал, что хочу этого. Понять, кто такая Атия, какими были другие Нефасы, почему они пошли против Богов и развязали великую войну.

Глядя на Атию сейчас, я не мог и мысли допустить о том, что передо мной воплощение зла.

Разве она способна уничтожать миры?

— А ты скучаешь по своим родителям? – спросила она.

— Я их не помню.

Мой голос будто звучал издалека, чуть охрипший и едва узнаваемый.

— Ну да, конечно, – опомнилась Атия, которая, кажется, на миг забыла, кем мы оба были.

Существа из мифов и мрака. Творения заскучавших Богов.

— Должно быть, это тяжело, – проговорила она. – Ничего не помнить о своей жизни.

— Я собирался то же сказать тебе, – признался я. – Должно быть, непросто помнить все.

Судьба родителей явно не давала ей покоя.

Она была живой и реальной, но какой ценой…

— В день, когда погибли мои родители, я очень на них злилась, – понизила голос Атия. – Всю свою жизнь я скрывалась в тени, выходя в мир людей лишь по ночам. Меня всегда предупреждали, как опасно снаружи. Но в тот раз я не стерпела. Я хотела хоть раз увидеть все великолепие мира под солнечными лучами.

Она прикусила язык, раздумывая, сколько еще готова мне доверить.

«Все,– думал я. – Расскажи мне все».

— Я улизнула, – решилась наконец Атия. – Человеческие дети обычно сбегают на тайные прогулки после захода солнца, а я, наоборот, вылезла в окно на рассвете. Тогда в городе проходила какая-то ярмарка. До нашей фермы доносился звон колокольчиков. У меня не было денег, и я упросила торговцев позволить мне разок прокатиться на карусели с лошадками. Наверное, я была слишком взрослая для этой забавы, но я ведь никогда прежде не видела ничего подобного. Круг за кругом я проезжала верхом на лошадке, на моем лице играло солнце, и отовсюду раздавался детский смех. «Посмотрите, – думала я, – мир не такой уж и опасный».

Атия покачала головой, как будто о чем-то жалела.

— Я провела там не больше получаса, когда мой отец отыскал меня и унес домой, – продолжала она. – Я ожидала, что он будет вне себя от гнева, но он был только сильно напуган. Мама плакала, они с отцом долго обнимали меня. О, если бы я только ценила это, – вздохула Атия. – Но мне, наоборот, хотелось закричать на родителей, чтобы они прекратили опекать меня, как хрупкую девочку, а они только продолжали лелеять меня в объятиях. Когда наступила ночь, папа, как обычно, прочел мне сказку, а мама спела колыбельную, но я засыпала в расстроенных чувствах.