Книга Судьба бастарда, страница 121 – Евгений Панов

— Тем более, – продолжал он, – этим рабочим, которых я буду вынужден перекинуть на выполнение вашего заказа, придётся доплачивать. Вы же понимаете, их труд стоит денег. И инженерам, конечно, тоже понадобится выписать премии. Бюджет у нас ограничен, положение сложное.

— Простите, положение сложное? – резко перебил я, наклоняясь вперёд. – У нас фронт рушится! Солдаты гибнут! А вы мне тут про бюджет?

Управляющий не смутился. Напротив, его взгляд стал каким-то тёплым, почти отеческим.

— Молодой человек, – мягко сказал он, как будто объясняя правила арифметики первоклашке. – Всё можно решить. Но такие вещи требуют… как бы это сказать… более детального и неформального подхода.

В этот момент у меня буквально вышибло предохранители. Я молча посмотрел на него, затем медленно вытащил из кобуры револьвер и, щёлкнув курком, не торопясь крутанул ладонью барабан.

— Давайте так, – начал я ровным голосом. – Мы сейчас с вами выясним, кто здесь, что и кому должен.

Его лицо побледнело, хотя он старался сохранять хладнокровие.

— Уважаемый поручик, не нужно таких… резких мер. Обо всём можно договориться. Как я уже сказал, нужно неформально подойти к данному вопросу. Всё решаемо… при определённых условиях.

— Неформально, говоришь? – злая улыбка, больше похожая на хищный оскал, сама собой появилась на моём лице. – Ну, давай неформально.

Глаза управляющего расширились, но он не успел вымолвить ни слова. Я медленно поднял оружие, целясь в стену позади него, и нажал на курок. Выстрел прогремел как гром, заставив его вздрогнуть. Пуля выбила щепки из панели дорогого дерева, всего в нескольких сантиметрах выше его головы.

— А-а-а-а! – вскрикнул он, резко юркнув под стол.

Я не торопясь обошёл стол, глядя на его покатую спину, торчащую из-за массивного деревянного кресла. Одним ударом ноги отшвырнул кресло в сторону, схватил управляющего за воротник и выволок из-под стола, как непослушного щенка.

— Я тебе сейчас устрою неформальный подход! – прошипел я, прижимая его к стене и держа револьвер в нескольких миллиметрах от его носа. Из ствола доносился резкий запах сгоревшего пороха. – Ты что, сука, решил наплевать на императорский указ?! Или, может, Его Величество тебе не по душе?

Он, заикаясь, попытался что-то сказать, но я не дал ему шанса.

— Может, ты вообще работаешь на калдарийцев? Хочешь саботировать императорский указ? Знаешь, что? Я тебя прямо здесь сейчас шлёпну, – слова сорвались с моих губ злобным шёпотом.

Управляющий побледнел, а его взгляд метался, словно он пытался найти спасение в собственном кабинете. Запах, который внезапно наполнил комнату, явно говорил, что нервы у господина сдали окончательно.

— Нет… не надо… – хрипло пролепетал он, задыхаясь от страха.

Меня накрыло отвращение. Вот такие, как он, сидят в тепле, пока солдаты на передовой отдают свои жизни. Даже стрелять расхотелось.

Я отшвырнул его к стене. Тот упал, пытаясь подняться, но руки его тряслись, как осиновые листья.

— Слушай сюда, – произнёс я, убирая револьвер обратно в кобуру, голосом, холодным, как зимний рассвет. – Если к указанному сроку картечницы не будут готовы, я лично обращусь к Его Величеству. И знаешь, что попрошу? Отправить тебя на самую лютую каторгу.

Он кивнул, всё ещё не в силах произнести ни слова, только залепетал что-то, что походило на клятвы и уверения.