Книга Судьба бастарда, страница 59 – Евгений Панов

Однажды я застал Андрея, который склонился над блестящими чёрными сапогами старшего кадета с первого факультета – по его выражению лица было понятно, что он делал это не по своей воле. Мой кулак сжался ещё до того, как я к ним подошёл.

— Андрей, что ты тут делаешь? – спросил я спокойно, но твёрдо, глядя прямо в глаза высокомерному кадету, стоящему рядом и весело наблюдающему за происходящим.

— Я… я просто… мне сказали помочь, – пробормотал Андрей, опуская взгляд.

— Что ж, а мне кажется, что это не твоё дело, чистить чужие сапоги, – ответил я, подходя ближе и не сводя глаз с парня, заставившего его это делать. – У тебя что, своих рук нет, чтобы за собой ухаживать?

Кадет из первого факультета усмехнулся, глядя на меня с откровенным презрением.

— Ты что, тоже решил поиграть в защитника? Знаешь ли, Вайс, не твое дело, как мы тут на первом факультете живём, – проговорил он, добавив с ухмылкой: – Ты ведь не знаешь, кто мой отец, так что лучше оставь эти нравоучения себе.

Моя рука дернулась, но я сдержался, лишь холодно ответив:

— А твой отец, должно быть, научил тебя, что ты имеешь право унижать других?

Не дав ему шанса ответить, я крепко взял его за плечо и, склонившись, тихо добавил:

— Ещё раз увижу, что ты заставляешь кого-то работать за тебя, – получишь «урок» по печени лично от меня. Уяснил?

Он взглянул на меня, нахмурившись, и едва заметно кивнул, понимая, что моё терпение на исходе. Андрей поднялся, и, хоть его лицо всё ещё было красным от унижения, я видел, что он оценил мой жест.

В другой раз я увидел, как трое кадетов первого факультета обступили Майка, приказывая ему тащить кучи учебников из библиотеки в их казарму. Майк, видимо, пытался возразить, но один из них, явно старший, взял его за воротник и с издевательской усмешкой произнёс:

— Ты ведь не хочешь проблем, так? Умный парень, послушный парень – это значит, будешь делать всё, как положено.

Я подскочил к ним, глаза пылали от злости, и от одного моего вида их ухмылки поблекли.

— А ты попробуй ко мне так обратиться, – сказал я, глядя прямо в лицо старшему из них. – Или зазнался настолько, что решил, что здесь все для тебя слуги?

— Да как ты смеешь?! – начал он, краснея. – Ты даже не представляешь, кто я и как быстро это может закончиться для тебя!

Я усмехнулся, даже не подумав отступить.

— Если ещё раз ты или твои друзья решат, что мои ребята здесь для того, чтобы прислуживать, всё для тебя закончится ещё быстрее. И твой папаша тебе не поможет. Понял?

Сильнее его задело не то, что я сказал, а то, что я сказал это прямо и без страха, глядя ему в глаза, как равный или даже как вышестоящий. Несколько секунд он смотрел на меня, а затем неуверенно кивнул, понимая, что переоценил свои возможности.

Ну и самый вопиющий случай произошёл с Паулем. Этому парнишке с ярко-рыжими волосами доставалось больше всех. И если в своей казарме над ним лишь беззлобно подшучивали, то вот соседи отрывались по полной. И он всё это безропотно терпел. Однажды дошло до того, что перед самым увольнением его затащили в казарму первого факультета и заставили вымыть своей чистой и выглаженной формой полы у них в туалете.

Это меня просто взбесило, и я рванул разбираться. Не знаю, что бы я устроил всей этой кодле, что училась на первом факультете, если бы не вцепившийся мне в руку Пауль.