Книга Красный Дракон Империи, страница 198 – Евгений Панов

— Не нато много эмоций. Нато спокой.

Немец зашёл сзади и положил ладони мне на голову. Пару секунд ничего не происходило, а затем я почувствовал, как чёрное холодное мерзкое щупальце вползает в мой сознание, и я никак не могу этому противостоять. Меня охватила паника, и я заорал. Заорал от бессилия. Если из меня сделают марионетку, то немцы смогут получить всю ту информацию, которую я принёс с собой из другого мира.

В попытке сделать хоть что-то, я собрал всю свою волю. Где-то в глубине сознания зажглась крохотная звёздочка. Уже погружаясь в пустоту безвременья, я направил её навстречу тьме, заполняющей мою сущность.

Я уже не увидел, как упал, содрогаясь в конвульсиях, немецкий профессор из «Аненербе». Я не чувствовал, как меня волоком тащили обратно в подвал, и моя голова билась о ступени. Я не видел и не слышал, как спустя ещё два дня наверху началась ожесточённая перестрелка. Я не видел Олега Седых, ворвавшегося с автоматом в руках в нашу камеру. Я ничего этого уже не видел и не слышал. Тьма окружала меня. Тьма и пустота.

Как же хорошо здесь, в этой пустоте. Ни тебе проблем, ни тебе забот. Ни боли, ни чувств. Ничего. Лишь ты и пустота. Где-то, когда-то, невообразимо давно нечто подобное я уже ощущал. А что же было потом? Что-то важное. Что-то… А, впрочем, не важно. Здесь есть лишь пустота и покой. Но почему же мне так хочется что-то вспомнить? Или кого-то?

Вдруг из глубин памяти всплыло лицо. Но чьё? Всё как-то туманно, не чётко. Понятно, что лицо женское, но вот чьё оно? Чувствую, что оно мне родное. Да давай уже, вспоминай!

Очертания женского лица стали резче.

— Ну что, Витя, вспомнил?

— Марина? Но ты же…

— Умерла? Ну и что? Это не даёт тебе права тоже умереть. Давай, заканчивай здесь зависать и отправляйся назад. Тебя Ольга с Настей заждались. Твоё время ещё не пришло.

— Ольга? Настя?

Меня подхватил невидимый поток и куда-то стремительно понёс. Сколько этот полёт в никуда продолжался, сказать не могу, но внезапно раздался хлопок, и я оказался окружён ослепительным светом. Свет был повсюду. Свет был во мне, и я сам был светом. Интересное ощущение, я вам скажу.

Постепенно, где-то на грани слышимости, я начал различать какое-то монотонное бубнение. Оно становилось всё громче, и вот уже можно было различить отдельные голоса. Я вдруг почувствовал, что начал куда-то стремительно падать.

Накатила паника, и я невольно открыл глаза. Больно резануло светом. Звуки мгновенно стихли, и до боли знакомый голос произнёс:

— С возвращением, Великий Дракон. Ты вновь победил смерть.

Но не это было главным. Главное было то, что я видел (!) ауры окружающих. Мои силы вернулись ко мне.

…Сидя за столом вместе с Ольгой, Настей, Анюткой, Шэн-ли и Олегом Седых, я слушал рассказ о произошедших событиях.

Седых, которого я, несмотря на его яростные возражения, в приказном порядке отправил предпоследним рейсом проследить за размещением эвакуированных детей, узнав, что отправленный за мной вертолёт не вернулся, сразу развил бурную деятельность. В первую очередь сообщил о произошедшем в Москву. Выслушав в свой адрес немало нелицеприятных и матерных эпитетов, он через командира дивизии организовал авиаразведку по маршруту полёта. К тому времени немцы подтянули в район авиацию и зенитки. Несколько самолётов-разведчиков было сбито.