Книга Техник-ас, страница 147 – Евгений Панов

— Спасибо, отец, это замечательная идея!

Елизавета едва не запрыгала от радости, но вовремя спохватилась. Она уже не ребёнок, чтобы так проявлять свои чувства.

— Что-то ещё, Лилибет? – Король прекрасно видел, что его дочь ещё не всё сказала.

— Да. Он пишет о нашей общей Победе и о том, что мы бок о бок сражаемся с общим врагом. Я тоже хочу сражаться^[87]. Я, конечно, выступала по радио три года назад в передаче «Детский час», а недавно посетила полк гвардейских гренадеров, но это всё слишком мало.

Георг VI впервые видел свою дочь, настроенную столь решительно.

— Хорошо, – сказал он, – я подумаю, что можно сделать и как помочь тебе, и сообщу об этом.

Двадцать третьего февраля 1943 года в газете «Правда» была опубликована телеграмма короля Великобритании Георга VI Председателю Президиума Верховного Совета СССР М. И. Калинину, в которой он упоминает о своём приказе об изготовлении меча.

Телеграмма Короля Великобритании Георга VI Председателю Президиума Верховного Совета Союза Советских Социалистических Республик М. И. Калинину

Сегодня я и мои народы присоединяемся к народам Советского Союза в искреннем воздании должного героическим качествам и великолепному руководству, благодаря которым Красная армия в борьбе против наших общих врагов своими славными победами вписала новые страницы в историю. Упорное сопротивление Сталинграда повернуло события и послужило предвестником сокрушительных ударов, которые посеяли смятение среди врагов цивилизации и свободы. Для того, чтобы отметить глубокое восхищение, испытываемое мной и народами Британской империи, я отдал приказ об изготовлении почётного меча, который буду иметь удовольствие преподнести городу Сталинграду. Я надеюсь, что в грядущие счастливые дни этот дар будет напоминать о несгибаемом мужестве, в котором город-воин закалялся в борьбе против сильных и упорных атак своих врагов, и что он будет символом восхищения не только народов Британской империи, но и всего цивилизованного мира.

Георг

Лондон, 21 февраля 1943 г.

В самолёте я банально уснул и проснулся, уже когда шасси коснулись взлётной полосы Центрального аэродрома в Москве. Интересно, Сталину доложат о том, что происходило на приёме в посольстве, или он пожелает узнать всё, так сказать, от первого лица? Скорее будет и то и другое. А у меня ещё и награждение впереди. Перед самым отлётом в Куйбышев Новиков шепнул, что все наши наградные подписаны, а это значит, что награды получит весь личный состав эскадрильи, в том числе и технический. И это правильно: парни выложились полностью, обеспечивая боевую работу лётчиков.

С аэродрома сразу поехал в штаб ВВС – доложить о прибытии. Новиков, поздоровавшись, тут же выставил меня из кабинета и велел ждать в приёмной.

Через несколько минут он приказал подать машину и стремительно вышел из кабинета, махнув мне рукой, чтобы я следовал за ним.

— Знаешь, майор, – уже в машине хохотнул он, – я порой чувствую себя не главкомом ВВС, а твоим личным адъютантом. Хозяин велел привезти тебя к нему.

Снова Кремль, и снова кабинет Сталина.

— Ну что, товарищ Копьёв, как вас встретили англичане?

Настроение у Сталина явно было хорошее.

— Нормально встретили, товарищ Сталин. На клопов жаловались. Пришлось напомнить им, что и в их Англии этой гадости навалом.