Книга Техник-ас, страница 68 – Евгений Панов

— Несите своё звание с честью, сэр рыцарь Копьёв.

На шею мне повесили покрытый голубой эмалью крест знака ордена на шейной ленте, а слева, на грудь, чуть ниже советских наград, звезду рыцаря-командора. Я непроизвольно улыбнулся.

— Вас что-то рассмешило, сэр Копьёв? – спросил король, передав меч стоящему рядом слуге.

— О, ничего такого, ваше величество. Просто моя фамилия в некоторых случаях переводится на английский как Lance. Вот я и подумал, что Ланс и Ланселот – слова, очень похожие по звучанию. К тому же он был рыцарем, а теперь и я тоже.

Георг VI рассмеялся:

— Леди и джентльмены! Теперь у нас есть самый настоящий рыцарь сэр Ланселот. И так же, как и в стародавние времена, наш новый сэр Ланселот грудью встретил врага и смёл его своим могучим ударом. Кстати, не поясните ли нам, сэр рыцарь, почему, таранив вражеский самолёт, вы не выпрыгнули из своего повреждённого «спитфайра» с парашютом? Ведь вы сильно рисковали, сажая истребитель с неработающим двигателем.

— Подо мной был населённый пункт, и неуправляемый самолёт мог упасть на жилые дома, что могло бы привести к жертвам среди мирного населения. Поэтому я принял решение увести повреждённую машину в сторону. А потом прыгать было уже поздно.

— Я рад, что не ошибся, произведя вас в рыцари, – сказал король после небольшой паузы. – Вы истинный рыцарь, и ваше благородство лишь подтверждает это.

Вечерние газеты вышли с заголовками: «Русский лётчик оказался потомком легендарного сэра Ланселота», «Русский ас после тарана вражеского самолёта не выбросился с парашютом, так как уводил повреждённый истребитель в сторону от жилых домов», «Большевик проявил неслыханное благородство и, рискуя своей жизнью, увёл повреждённый истребитель в сторону от населённых пунктов».

Накануне нового, 1942 года из Москвы пришло распоряжение возвращаться на Родину. Мою миссию по созданию благоприятного имиджа СССР в Англии посчитали выполненной и от греха подальше (не дай бог, я ещё и дворянство здесь получу за свои похождения или замок какой себе отхомячу) решили вернуть меня в прежнюю, так сказать, среду обитания.

В последний момент англичане решили отправить в СССР дополнительный корабль с военным грузом, который рано утром четвёртого января вышел из порта Ливерпуль. Вот на этом корабле мне и предстояло вернуться.

Причина отправки этого корабля была в том, что его величество подарил мне двадцать истребителей Белл P-39 «Аэрокобра» – новенькие, в ящиках. Англичанам настолько не понравился этот самолёт, что они, получив их из США, даже не распаковывали. Да и хранились они на складе в порту Ливерпуля, так что погрузить их на корабль было делом недолгим. Более того, в декабре британское министерство авиации приняло решение снять «Аэрокобры» с вооружения, так что делать такие подарки королю было совсем не обременительно. Как говорится, на тебе, боже, что нам негоже. А нам гоже, да ещё как.

Восьмого января мы вблизи Исландии встретили идущий в Мурманск конвой PQ-8 и вошли в его состав. Ещё раз зарёкся служить на флоте. Ну его на фиг. Уже на подходе к Мурманску конвой подвергся атаке немецких подводных лодок. Был торпедирован и потоплен наш траулер «Енисей», затем вечером того же дня словил торпеду британский сухогруз «Harmatis», который был взят на буксир, и через несколько часов торпеда угодила в корму британского эсминца сопровождения «Matabele», отчего он через пару минут затонул^[55]. Больше нападений не было, и мы благополучно достигли порта назначения.