Книга Инженер страны Советов, страница 13 – Евгений Панов

Видимо, я сильно изменился в лице, потому что она, всунув свою поклажу в руки брата, слегка обалдевшего от вида моего моментально побледневшего лица, бросилась ко мне.

— Михаил! Что с вами?! Вам плохо?!

И столько тревоги и заботы было в ее голосе, что я невольно подумал, что хотел бы, чтобы это мгновение длилось вечно. Внезапно пришло осознание того, что я ОБЯЗАН сделать все, чтобы Татьяна избежала своей судьбы. Я НЕ ХОЧУ ЕЕ ТЕРЯТЬ!!! С этого момента моя война началась!

— Все в порядке, Таня. Не волнуйтесь. Просто вдруг что-то голова закружилась. — Я встал со скамьи и, пытаясь перебороть сковавший горло комок, чуть слышно произнес: — Здравствуйте, Николай Александрович!

А в глазах стояли слезы. Слезы от того, что вижу живым, здоровым и молодым самого дорогого для меня человека.

— Ты меня знаешь? Мы где-то встречались? — удивленно поинтересовался Татьянин брат.

— Знаю. Нет не встречались. Ответьте на один вопрос: вы уже написали рапорт на своего начальника?

Про рапорт, который спас его, дядя Коля рассказывал мне там, в будущем. Зашел у нас как-то разговор про репрессии. Вот он и рассказал, как приехали арестовывать его начальника, да всех заодно и прихватили как соучастников, так как никто не докладывал о контрреволюционной деятельности уже бывшего начальника районного управления НКВД. Тогда-то дядя Коля и поведал о давно написанном рапорте, спрятанном под тяжелым сейфом, который не было возможности отправить. Усилиями нескольких человек сейф сдвинули, нашли запечатанный пакет, вскрыли, а там в рапорте — подпись и дата. Так и удалось избежать ареста.

— Откуда ты узнал про рапорт? Я его буквально только что написал…

С обалдевшего лица можно было писать картину.

— Я даже знаю, что сейчас этот рапорт лежит под сейфом.

— Но откуда?! — Николай почти кричал.

Я посмотрел на всех троих и, вздохнув, ответил:

— Ты мне об этом рассказывал. Через много-много лет.

Теперь картину можно было писать уже со всех троих. С Николая — крайнюю степень удивления, с Татьяны — непонимание, а с Федора Тимофеевича — удовлетворение какими-то своими мыслями.

Я снял с руки часы и протянул Николаю (при всем моем уважении, но тот молодой парень, что стоял передо мной, на имя-отчество пока не тянул).

— Не видишь здесь ничего необычного?

— Да видел я твои часы уже, — сознался Николай. — Часы как часы, разве что сами по себе необычные. Так я на курсах у одного инструктора видел не хуже, швейцарские.

— Ты гравировку сзади внимательно читал? — Я кивнул на его руку с часами. — Ни на что не обратил внимания?

— Дата! — Николай аж встрепенулся. — Я подумал, что кто-то ошибся и год дважды написал.

— Нет, не ошибся. Эти часы мне коллеги по работе подарили на пятидесятилетие в 2020 году.

— Так ты из будущего? — с усмешкой спросил Николай. — Я тоже читал Уэллса «Машину времени».

— Никакой машины времени нет, — вздохнул я. В общем-то надежды на то, что мне сразу поверят, и не было. — Я сам не понимаю, как попал сюда. Отмечали здесь, на лодочной станции, день рождения коллеги, пошел под утро искупаться и, если кратко, нырнул там, а вынырнул здесь, да еще и головой ударился.

— И, видать, сильно ударился, — задумчиво глядя куда-то вдаль, произнес Федор Тимофеевич.

— Да, я все понимаю, — со вздохом произнес я. — Сам бы не поверил, если бы кто мне такое сказал. Но откуда тогда я знаю про рапорт и про то, где он спрятан? Могу рассказать вам о вашем прошлом, но тут вы возразите, что я мог подробности узнать от других людей. А знаете, давайте я вам расскажу о событиях ближайшего будущего. Это произойдет очень скоро, и легко будет проверить.