Книга Инженер страны Советов, страница 70 – Евгений Панов

— Сборкой вертолетов на аэродроме в Стаханово руководит мой заместитель Чкалов. Через четыре дня машины будут готовы к показу. Я планирую пригласить туда Камова и Миля, — отрапортовал я.

— Сообщите о времени показа. Мы с товарищем Берией приедем посмотреть на ваши вертолеты.

В кабинете Сталина я пробыл еще больше часа. Поговорили об увеличении производства радиостанций для оснащения авиации и танков. Сталин полностью поддержал мою мысль о том, что пусть самолетов и танков будет меньше, но все они будут радиофицированы. Большой интерес вызвал мой рассказ о перспективах радиолокации. Сталин пометил что-то в своем ежедневнике. Надеюсь, разработчики этих систем получат «зеленый свет».

Также затронули тему промышленного шпионажа. Все втроем сошлись во мнении, что этому вопросу нужно уделить повышенное внимание. В частности, я рассказал о проводимых в Америке разработках в фирме «Боинг» стратегического бомбардировщика Б-29. Нужно было во что бы то ни стало заполучить документацию по нему.

По атомному оружию прошлись вскользь. Я о нем писал очень подробно, пока жил на Лубянке. Вспомнил все, что мог, о советских и американских создателях бомбы. Сейчас же речь шла о способах доставки бомбы к цели, а тот же Б-29 для этого подходил как никакой другой самолет.

Уточнили, чем конкретно будет заниматься «Бюро перспективных разработок». М-да, сказать, что я, мягко говоря, офигел, это ничего не сказать. В будущем под такой новостью можно было бы ставить хэштег #сталинжжет. Теперь «Бюро» является фактически заказчиком всей техники для РККА, ВВС и ВМФ и как заказчик имеет право контролировать и вмешиваться в процесс разработки и изготовления на любых этапах. Как говорится, сходил, блин, за хлебушком. Хотя и ответственность была очень большая. Должность-то, можно сказать, расстрельная. Стоит ошибиться, и я не думаю, что статус попаданца меня спасет.

В приемной буквально столкнулся с человеком, чье лицо было мне знакомо по фотографиям. Александр Сергеевич Яковлев. Молодой, энергичный. Сейчас ему 33 года, самый расцвет. Хотя, конечно, если бы не мое увлечение авиацией и всем, что с ней связано, то я бы его не узнал.

Я с ним поздоровался, назвав по имени-отчеству, чем вызвал удивленный и заинтересованный взгляд. Еще бы не заинтересоваться. Абы кто столько времени в кабинете Сталина просто так сидеть не будет.

— Здравствуйте, товарищ… — Яковлев запнулся.

— Шершнев Михаил Андреевич. — Я протянул ему руку, которую он достаточно крепко пожал. — Рад с вами познакомиться, товарищ Яковлев.

Оставив действительно хорошего конструктора в некотором недоумении, я направился на выход. Берия остался у Сталина решать какие-то свои дела.

На входе в крыло, где размещалось «Бюро», за столиком уже сидел вахтер с петлицами сержанта НКВД. Стоило мне лишь подойти, как он строго потребовал пропуск. Вот попал! А я и не додумался на себя его оформить. Пришлось просить вызвать начальника особого отдела.

Николай хмыкнул, увидев такую картину, и объявил вахтеру благодарность. А меня, пока мы шли по коридору, отчитал за несоблюдение пропускного режима. По пути в свой кабинет зашли к Николаю, где я получил постоянный пропуск и расписался аж в нескольких здоровенных журналах. Кстати, такой же постоянный пропуск в Кремль у меня уже был. Сам Власик^[36] выдал.