Книга Принцесса по приказу, страница 35 – Екатерина Каблукова

Граф Алайстер не стал ждать, пока Боненвенунто выровняется, а выслал нетерпеливо пританцовывающего на месте гнедого вперед, моя лошадь послушно устремилась следом, серая кобыла безнадежно отстала, изображая рысь на месте, пока всадник хорошенько не пнул ее пятками по бокам, после чего она недовольно затрусила по дороге, делая вид, что очень торопится. Первое время мне было не до красот, я старалась приноровиться к ходу коня и проверить, насколько я помню вообще, как это все делается. Как ни странно, в этом мире основы верховой езды были все те же, вороной оказался достаточно хорошо выезженным, моя память тоже не подводила, и я смогла расслабиться.

Граф с одобрением наблюдал за мной. Опытный всадник, он буквально сливался с лошадью, сидя так легко, как бывает, когда животное тебе полностью доверяет. Мы проехались по дороге, петлявшей среди холмов, усыпанных полевыми цветами. Дом графа, так и хотелось назвать его «вилла», стоял на самом высоком из них. Небольшой, с черепичной крышей и башней, он был окружен садами, которые террасами спускались к дороге. Яркие, правильной формы, разноцветные клумбы верхних ярусов сада перетекали в зелень деревьев у кованых ворот. Вокруг виллы были поля – золотистые, зеленые, красные, – за ними в дымке виднелись крыши небольших деревень.

Я старательно всматривалась в них, стараясь запомнить местность. Мой спутник ухмыльнулся, заметив этот маневр, но препятствовать не стал.

— А вот и Лагомбардия, – он вдруг показал рукой куда-то вперед, я посмотрела и ахнула. Впереди, над терракотово-красными крышами домов, стоящих очень плотно друг к другу, парили корабли. Отсюда они казались маленькими, почти игрушечными.

— Как это… – Я всмотрелась, заметив, что у них не хватает днища.

— Это эффект высокого горизонта, – граф наслаждался моим изумлением, – на самом деле они, конечно, плывут по морю. И, надеюсь, сегодня пришвартуются к пристани.

— Вы говорите так, будто с нетерпением ожидаете их прибытия.

— Признаться, да, это мои корабли! – он усмехнулся.

— Аристократия не брезгует торговлей?

— К чему презирать то, что нас всех кормит? – слегка беспечно отозвался Алайстер. – Торговля – вот процветание для нашего края.

Серая кобыла безнадежно от нас отстала, впрочем, ни нас, ни художника это не волновало. Тропинка все петляла, и я не утерпела:

— Мы едем в город?

Граф покачал головой:

— Нет. Слишком жарко, не стоит напрягать лошадей.

— Тогда зачем вы вообще предложили эту прогулку?

— Вам же наверняка было скучно… – Он замолчал, затем вдруг продекламировал:

Это было неожиданно.

— Чьи это стихи? – поинтересовалась я. Мой спутник чуть дернул уголком рта, пытаясь скрыть усмешку:

— Мои. Я был… скажем так, весьма романтичным юношей…

— И потом… – поддразнила я, слегка опьяненная воздухом и жарой. Но собеседник вдруг помрачнел.

— А потом моего отца убили. Опрыскали ягоды витиса – это как ваш виноград, только с ярко-красными ягодами, – ядом вирозы… Кто-то очень хорошо знал его привычку после обеда ездить на виноградник и пробовать спелость грозди…

— И вы нашли того, кто это сделал, – я даже не спрашивала, но он покачал головой: