Книга Принцесса по приказу, страница 73 – Екатерина Каблукова

Я задумчиво прошлась по комнате. Скорее всего, палитра относилась к художнику, но вот перо… и при чем тут всадник… Так ничего и не решив, я надела кулон и невольно вскрикнула. Тело пронзила боль, мир вокруг завертелся, а дыхание перехватило. Я пришла в себя, сидя на кровати и держась за изголовье.

В голова все еще шумело, перед глазами то и дело вспыхивали яркие искры. Зато теперь я знала, что принцессе Кариссе восемнадцать лет, что ее брат три года назад вступил на престол, и, помимо брата, есть еще дядя, который является первым советником принца. Более того, я даже знала, как этот дядя выглядит: точно такой же белесый, как и принц, только глаза не голубые, а водянисто-серые.

Принц с дядей редко ладили, особенно по вопросам, касавшимся подписания мирного договора с Лагомбардией и предстоящего брака сестры принца с д’орезом.

По всей видимости, черный хрусталь каким-то образом передал мне те знания, которые Рой посчитал для меня необходимыми. Странно, но о нем самом я ничего не помнила, кроме того, что узнала за эту дорогу. Хотя он приходился двоюродным братом принцу и принцессе Риччионе: их матери были сестрами-близнецами.

— Замечательно, – фыркнула я, – хоть бы предупредил!

Я с досадой посмотрела на кулон, словно он мог передать мой взгляд своему создателю, но снимать украшение не стала. Выждав, пока голова перестанет кружиться, я позвонила в колокольчик.

Служанки вбежали почти сразу. Две женщины, чьих имен я не знала, а представляться они не стали.

Охая и ахая по поводу моей внезапной болезни, одна принесла мне обед, пока ее товарка пыталась уговорить меня вернуться в постель, но я отказалась и настояла на том, что почти здорова, и если она хочет, то может пойти и спросить для меня позволения у принца. Судя по тому, как женщина поджала губы, подобной тактикой Карисса пользовалась часто. Как раз в этот момент вернулась вторая служанка, неся поднос с едой, запахи которой заставили наполниться рот слюной. Я моментально вспомнила, что с утра ничего не ела, и принялась поглощать пищу, тем самым окончательно убедив служанок в выздоровлении принцессы.

— Ну наконец-то, мадонна, – умилилась одна из женщин, которая постарше. – А то два дня ни росинки в рот не брали!

Я пробурчала что-то невразумительное и отхлебнула из кубка. Фьён. Терпкий, насыщенный вкус разлился во рту, я немного посмаковала и закусила сыром, после чего распорядилась принести мне платье для прогулок.

Платьев оказалось два: одно, надевавшееся на белоснежную рубашку и уже ставшей привычной баску, – бирюзовое, с глубоким вырезом, расшитое серебром, второе, верхнее – темно-синее, представлявшее собой, скорее, длинный жилет с узкими рукавами, в разрезах которых виднелось полотно рубашки. Насколько я уже успела заметить, именно белизне рубашки уделялось больше всего внимания.

Замшевые туфельки такого же темно-синего цвета завершили мой наряд, служанка тщательно расчесала мне волосы, выплела замысловатые косы и отступила. Красить глаза и губы я отказалась, вспомнив, какими красителями пользовались во времена нашего средневековья, после чего, игнорируя причитания о приличиях и красоте, спустилась в сад, благодаря кулону безошибочно найдя туда дорогу.

Тот же кулон вложил мне в голову знания помещений в замке и несколько стер восхищение, с которым бы я могла рассматривать интерьеры замка Риччионе. Расписанные фресками, украшенные позолотой и мозаиками анфилады комнат не вызвали у меня того восторга, которого по праву заслуживали, и я добавила это к длинному списку претензий к графу Алайстеру.