Книга Высотка, страница 3 – Елена Рыкова

«Сан Саныч, простите, что прогуливала физкультуру», – подумала я, обернулась и в этом последнем, предобморочном мгновении краем закатившегося глаза увидела, что на месте страшной неспунской головы торчит нестрашная ушастая.

Кирюша с десятого этажа.

— Ребза, ребза, подождите! Прекратите кидаться! Как хорошо, что я вас встретил! – орал он, протягивая ко мне крылья в плюшевых перьях.

— Троечка, держись, я спасу тебя! – откуда-то сверху навалился Сашка, больно ударив локтем в бок.

— А-а-а-а-а-а! – снова закричала я от боли. – Стопари, это не Неспун!!!

Но Саша с криком «Песок!» запулил в Кирюшу остатки ингредиента.

— Ох! Вот чёрт! Жжёт! Жжёт! – тот согнулся в три погибели и тёр крыльями глаза.

Санёк наконец прозрел.

— Прости, – засуетился он. – Я подумал, ты – это не ты. А, ну знаешь, вроде как песочный человек^[3]. Я решил, что сейчас песком его… побежу… не, победю… а, неважно, одолею его же оружием.

Кирилл не слушал и стонал.

— Тебе глаза надо водой промыть, – Сашка копался в сумке. – Подожди, у меня где-то было… А, вот!

— Санёк! – закричала я. – Это медицинский спирт!!!

На лестнице запахло операционной, но Кирилла спасло крыло: он вовремя успел заслониться.

— Точно, спирт, – Саша удивлённо смотрел на бутылку.

Кирюша уронил снятую голову и присел на ступеньки. Уроненная голова была цыплячьей. Клюв. Гребень. Глаза навыкате, бешеные.

Настоящая, природная Кирюшина башка была вся в желтках и скорлупе.

— Мне в этом костюме по лестнице неудобно спускаться, а лифты не работают. Я просто хотел, чтобы вы мне помогли немного!

Кирилл в куриной забегаловке подрабатывает. У метро в костюме Цыплёнка стоит и вручает людям шарики на палочках. На шариках тот же Цыплёнок нарисован и надпись: «Чикен гриль».

Через полчаса мы вывели Кирилла на свет, встретив по дороге и тёть-Васиного курьера.

Оттоптанные пальцы сильно ныли.

Толпа встречала нас у подъезда. Люди улыбались и хлопали: бригада в оранжевых комбинезонах, тётя Вася КГБ, дети с детской площадки и взрослые со взрослой.

Кирюша щурил воспалённые глаза.

— Кирилл, ты что, пил? – случайно срифмовала тётя Вася. – Я обо всём сообщу твоей матери!

— Распишитесь, пожалуйста, – курьер протянул ей бумажку. Он месяц на нашей лестнице сидел. Потерялся и не смог найтись. Думал уж, не спасут.

— Не буду, – тётя Вася КГБ глянула на него с превосходством. – Вы доставку задержали.

— Да возьмите хоть бесплатно, – курьер в отчаянии протянул ей мятую коробку, на которой было написано: «“Воструха”^[4]. Подслушивающее устройство нового поколения».

Кстати. Только тётя Вася КГБ верит мне, что иногда из нашей высотки можно услышать, как в Тихом океане кричат киты. Она и «Воструху» для этого купила.

— Ты чего такая грустная? – спросила мама вечером.

— Да вот, – я ей показала. – Любимый свитер порвала.

Он у меня и правда любимый: с надписью «Слизерин», потому что в книгах про Гарри Поттера мне больше всего Драко Малфой^[5] нравится.

— Это потому, что ты лазила по тёмным лестницам. А ещё вымазалась сырыми яйцами и обвалялась в песке. Сандра, ну ты же девочка! Когда ты перестанешь бегать за этим Сашей и заведёшь себе нормальных подруг?

Как вы, наверное, уже поняли, Тройка – это кличка. Теперь ясно, почему я так не люблю своё имя? Сандра!!! Слышали?!