Книга Аномалия, страница 127 – Виктор Краев

— Кристалл, который я изучаю, содержит в себе несколько баз. В том числе и базу боя на этих великолепных мечах. Это хранилище личных баз знаний, скорее всего – семейных, наследуемых баз – в нем содержится история рода, этого человека, база по этикету, информация об имуществе рода, база боевых искусств без оружия, на мечах, и с помощью подручных средств. Отдельно прописан идентификатор в невоенной структуре. Скорее всего, он аристократ.

Ярил прервал наше общение со Светозаром.

— Федор! Эти кристаллы содержат высокоранговые базы знаний и служебную информацию. Хорошая новость – мы теперь имеем полную схему корабля, правда, не всегда с понятными подписями. Плохая – языковой базы здесь нет. Если я правильно понял, она должна находиться у медика. Но ты не нашел ее в медотсеке.

— У медика, говоришь… Дин, а останки в медкабинете обыскали?

— Да. Кубы со всем найденным в обследованных останках находятся в боте.

— Срочно нужен куб с найденным в медкабинете. Там наверняка есть такой же кулон-кристалл.

Ярил растаял в воздухе. Никак не могу привыкнуть к такому его перемещению, наверняка он уже в боте. Через пять минут он материализовался с довольным лицом.

— Мы нашли ее, теперь я знаю их язык. Ложись в ложемент, передам базу твоему искину.

С этими словами сформировался ложемент. К сожалению, из-за вынужденной блокировки развития нейросети, такой способ остается самым быстрым, и я снова перестал чувствовать Светозара. База знаний оказалась не маленькой, этот язык состоял из странной для меня смеси иероглифов, обозначающих целые слова и отдельных символов, обозначающих звуки. Общее количество сочетаний символов этого странного языка приближалось к ста тысячам. Цифры обозначались совмещением геометрических фигур, но это мы уже давно поняли. Звуковое воспроизведение оказалось доступным, но без хорошей тренировки мое произношение будет ужасным. В этом языке огромное значение имело длительность звучания гласных звуков, и, как объяснил Светозар, слуховой аппарат расы Хокурри улавливал более тонко звучание. В общем, писать я смогу сразу, а вот говорить на языке Хокурри – только после отработки в тренажере. Хотя для рукописного варианта – каллиграфию тоже надо отработать.

— База языка программирования уже загружена, так что давай двигай в капсулу разгона. За час усвоишь ее. Работать придется с двумя кластерами, и, возможно, надо будет синхронизировать вносимые изменения.

Ярил частично оказался прав. В малых стойках искинов располагались кластеры, отвечающие за системы корабля. Главный калибр и дальнобойное вооружение, оружие средней дистанции и ближней обороны, палубная авиация, система управления РЭБ и силовых щитов. Самый большой кластер был мозгом корабля, имеющим закапсулированную копию всех параметров и информации. В кластере, найденном в резервной рубке, хранилась только копия – вот такой капсулы искина, но при этом дополнительно зашифрованная. При штатном запуске искин сравнивал свои параметры и базы данных с закапсулированной версией, после чего еще раз проверял соответствие зашифрованной капсуле. Двойной контроль – так сказать. Мы с Ярилом довольно быстро нашли директиву «Приемник» на случай гибели адмирала Иротто Лисиана. Прописать в нее передачу полномочий мне не составляло труда. Мы просто заменили Контр-адмирала Сагава Юрри на меня, присвоив мне такое же звание. В качестве подтверждения полномочий я должен был предъявить ключ управления флотом, в который мы также внесли мои данные и генетический код. Но проблема была в проверке временных маркеров внесенной информации. Искин фиксировал время внесения информации согласно своему собственному независимому таймеру. На то, чтобы синхронизировать нужный нам тайминг виртуальной среды с временем получения директивы «Приемник», учесть задержку времени на формирование закапсулированной версии, и задержку на шифрование в резервном искине, который тоже использовал свой таймер, специально смещенный на 107 временных единиц Хокурри, мы потратили почти четыре часа. Если бы не спец-вычислитель лаборатории программирования искинов, Ярил со Светозаром еще бы долго возились. Я не встревал в этот процесс, прекрасно понимая, что синхронизация в миллисекундах – задача не для меня. Они даже Дину высчитывали временной лаг передачи данных от него на программатор резервного искина. К моменту, когда Ярил со Светозаром одновременно сообщили, что все готово, голова начала болеть, словно ее сдавливают со всех сторон.