Книга И грянет буря, страница 168 – Тимофей Иванов

Люди обзавелись жильём поменьше и по скромнее, их дома окружили «племенные квадраты» и вот тут уже этажей было обычно четыре. Которые впрочем соответствовали двум этажам великаньего жилья по высоте. Но в любом случае такое решение жилищного вопроса позволило сделать всё компактнее. А то и так же натурально город на новом месте отгрохали! Охуе… Ухи ел я много, когда увидел, что происходит, если несколько десятков старых шаманов за дело берётся сообща, которые своих духов земли десятилетиями пестовали. Особенно там, где под ногами не болота, а камня в достатке. Они впрочем ухи тоже съели немало, когда задавались вопросом, а чего раньше мешало так сделать? Наверно это их состояние было в чём-то сродни состоянию Архимеда, когда он орал во всё горло «Эврика», поняв, что тело, помещённое в жидкость, вытесняет объём этой самой жидкости, который равен объёму этого самого тела. Только при этом древний учёный всю голову себе сломал, пытаясь измерить объём вычурной короны обычными измерительными инструментами, а великаньи шаманы как-то вообще не задавались вопросом строительства. Жили ж вроде нормально в пещерах, иногда их расширяли, если племя было успешным и разрасталось. Да и всё.

А тут квадраты домов, где вход во двор представлял из себя едва ли не крепостные ворота. Дома для «своих» людей, которые весной начнут выращивать им еду в их долинах. И стены вокруг города, потому что люди так строят и это в принципе довольно толково. Правда представители Кайлоса Осатского, которые к нам заглянули, почему-то были не совсем рады такому копированию человеческих традиций. Даром, что я убеждал их, что великаны скоро уйдут в горы, а всё построенное останется. Может быть всё дело было в том, что на стены были слишком крутые для людей ступеньки? Так наймут каменотёсов и поправят всё. Со временем.

Рядом же с городом находился тренировочный лагерь, где я и дрался сегодня с полусотниками, лишний раз напоминая им, кто тут лучше всех стукает блестючими дубинами, а заодно обучая биться поодиночке. А пообедав передал всё Одноглазому Атлу для групповых тренировок строя и полетел в Рирт на всех порах. Если с оружием всё уже было относительно нормально, то вот с бронёй дела обстояли похуже. И с Гвазарином тоже. Полуэльф всё таки был своего рода художником и привык в своё удовольствие создавать шедевры кузнечного ремесла. А с тех пор как я вернулся, мы гнали массовый продукт, причём работая на износ. Затем кузнец немного выдохнул, пока я вёл своих сородичей по степи, но с моим возвращением ему пришлось опять впрягаться в своеобразную каторгу.

— Доброго дня мастеровым — произнёс я, заходя в кузницу.

— И тебе не сдохнуть — раздалось в ответ от полуэльфа, который бил небольшим молотком, указывая как и куда наносить удары огромному подмастерью — Опять припёрся меня мучать?

— Не опять, а снова — хмыкнул я, скидывая лишнюю одежду и надевая фартук — Нам скоро выступать на Такиранф, а ни демона ещё не готова.

— Всем бы, млять, такое не готово — сварливо проворчал полуэльы — Ни у кого такой бронированной рати и близко нет.

— У рогатых есть и по круче — проворчал я в ответ. Этот разговор у нас повторялся не в первый и не в десятый раз, став уже каким-то традиционным что ли.

— Ты меня такими темпами к ним отправишь. Ей богам, если меня вдруг перенесёт в Пекло, я скорее всего не замечу особой разницы в первые несколько недель.