Книга Дело житейское, страница 74 – Тимофей Иванов

— Вааааагх!!! — опять заорал я что было мочи, выгоняя из себя страх и стремясь ошеломить врагов.

С первым это даже получилось и его голову разнёс Гронд в привычной уже огненной вспышке. А потом на меня налетел вожак с размалёванной какой-то краской харей и в несколько ударов размолотил мой щит своей дубиной. Даже камлание над ним не помогло, не на таких противников был рассчитан. Я скинул его с руки врагу под ноги и вцепился в шестопёр двумя ладонями. Михалыч всеми силами оттягивал на себя остальных, принимая удары дубин, но секунд боя один на один он даст мне очень немного. Мы вновь бросились с огромным троллем друг на друга, нанося и парируя удары. Но на этот раз по ноге получил не серокожий, а я. Хорошо хоть в бедро, а не в колено. Но однако ногу отсушило и я упал на колено. Похоже мой враг имел слишком большой опыт в схватках с противниками своего размера.

Неожиданно в тролля прилетел залп камней из пращей. В схватке я вышел далековато вперёд и заслонял своей спиной противников от ребят, но они похоже не утерпели и вылезли из леса. Малолетние идиоты без инстинкта самосохранения. Однако они отвлекли врага и он сходу не добил меня. Но отразил уже мой удар шестопёром. А я не придумал ничего умнее, оказавшись к нему слишком близко, чем выстрелить собой вверх, толкаясь от земли здоровой ногой и ударяя бронированным лбом в зубастую харю. Клинч не место для оружия и мы выпустили его из рук, схватившись руками в борьбе за жизнь. На ногах я не устоял, но извернулся, сместившись и взяв шею врага в захват, чтобы свернуть её к демоновой матери. Правда из-за этого мы упали на меня, вновь потревожив отбитую ногу, но на мелочи сейчас было плевать. Умирать просто так тролль не желал и стремился разомкнуть мои руки, рыча. Впрочем звериный рык вырывался и из моей глотки. Могло выйти по разному, если бы малолетние отморозки не пошли в атаку с копьями. Прочная серая шкура оказалась их остриям не по зубам, но глазницы нет. Тролль задёргался с новым рёвом, пытаясь отмахнуться от острых деревяшек, впившихся в чувствительное место, отпуская мои руки одной из своих лап. Это решило дело, с рычанием я наконец сломал его шею и скинул с себя тушу, вставая. Михалыч тем временем сцепился с кем-то в клинче, а на меня набегали ещё два тролля, которые стали тормозить, увидев смерть своего предводителя. Новый удар огнём в хари решил дело, хромой обычно имеет больше шансов на победу, чем слепой и обгоревший. Даже когда он в меньшинстве. Последнего врага я добил броском дротика и Михалыч наконец опал шкурой, уйдя восстанавливаться в мир духов с чувством выполненного долга. Мне же осталось только усесться на землю, ощупывая пострадавшую ногу и думая что делать с воспитанниками. С одной стороны надо хвалить, жизнь считай спасли. А с другой нарушили прямой приказ. Будь троллей чуть больше, добеги даже те двое чуть раньше и мы все были бы мертвы, парни бы не спаслись. Ситуация-с.

Сцепив зубы, чтобы не выдавать боли в ноге, я поднялся с земли и обвёл пацанов суровым взглядом из глазниц шлема.

— Была команда идти в атаку⁈ — почти прорычал я и дождавшись переглядываний и отрицательных мотаний головами продолжил — Так какого духа вы в неё пошли⁈

Пацаны вновь потупились. Они не кидали взгляды ни на кого конкретного, так что у меня наступило некоторое моральное облегчение. Были опасения, что Гав или кто-то ещё решил покомандовать, тогда пришлось бы наказывать его одного и рушить устоявшийся климат с взаимоотношениями в коллективе. С общей виной как-то проще, раз они решили пойти в бой следуя общему же порыву души. Ну и вероятно рефлексу действовать вместе, который у них наметился от строевой подготовки. От мысли, что одни бы могли атаковать, а другие остаться в лесу меня передёрнуло. Это был бы отвратительный раскол на дисциплинированных «трусов» и храбрых «залётчиков». Не надо такого счастья.