Книга Между водой и камнем, страница 127 – Тимофей Иванов

Я занял позицию за поворотом, готовя к активации ловушки и ожидая подхода основной группы троллей. Тварями они были крупными и напоминали мне горилл, которые где-то на пути эволюции умудрились наткнуться на прямохождение. С той поправкой, что их покрывала не густая шерсть, а мелкая, но прочная чешую, сейчас скрытая шкурами и дикарскими поделками. Могучий торс, сильные руки, чуть менее развитые ноги… Рискнул бы предположить, что они встали на них относительно недавно по меркам Матери Природы, но в магическом мире можно ожидать всякого. Однако в любом случае это были опасные противники, способные наделать дел своими дубинами. До кучи ещё и магия на них паршиво действовала напрямую. Огненные шары в этой ситуации так себе решение, нужно что-то опосредственное, вроде брошенного телекинезом камня. Кинетической энергии глубоко положить на чью-либо магическую сопротивляемость, тут работает физика — царица наук. Правда сейчас план был немного другой. Мои губы сами собой расползлись в оскале, когда я потрогал мешочек с семенами на поясе. Не факт, что моя задумка их убьёт, но боеспособность понизит точно.

Взгляд невольно наткнулся на затылок моей ходячей головной боли. Эмбер стоял впереди всех, ожидая врага и возможно молился Свету перед битвой. Паладинам, даже недоделанным, положено. А самому лучшему бойцу следует идти впереди всех, на то он и лучший. Потому при всём желании в тыл его не засунешь. Справедливости ради своих людей я ценю не меньше, а пожалуй даже побольше бастарда графа, но как в том анекдоте про Петьку и Василия Иваныча, есть нюанс. Лорд Калибран очень вряд ли обрадуется смерти или инвалидности сына, пусть и незаконнорождённого, скорее уж мою жёпу попытается на британский флаг порвать. Но однако паладин есть паладин, так что я предпочёл не мешать парню лезть в пекло. Да и не те тут времена с нравами, чтоб рыцари не пёрли в драку. Попробуешь встать между ними и подвигом — самому придётся уворачиваться от их клинка. А как вы хотели? Это всё равно, что в душу плюнуть, нанеся страшное оскорбление. Ваша светлость, вы трус, а не воин, ваше место возле пара… В задних рядах короче.

Ссорится же с рыцарем не хотелось. Я нутром чувствовал здесь какую-западню и не хотел идти в капкан. Эмбер общался со мной нарочито вежливо и по дружески, будто мы прям закадыки не разлей вода. Вроде бы получалось у него это без особой фальши, но всё равно что-то тут было не так. Недавно ж познакомились! Значит улыбаемся, машем, отвечаем вежливо и не посылаем туда, где не светит солнце. А то если будет конфликт, его при таком раскладе никто из наёмников просто не поймёт. Не так давно я к Винсенту со всей душой относился, а он, засранец такой, попросил меня на выход, в результате чего отряд распался. Теперь уже ко мне относятся не менее душевно, не говоря уже о том, что добавление в нашу гоп-компанию бастарда, можно считать знаком милости от графа, а я тут значится в бутылку лезу? Не, будь рыцарь чванливым мудаком, то никаких вопросов. А вот при имеющихся вводных без веских причин для конфликта чудак на букву «М» уже буду я. Потому дружим и не даём рыцарю случайно самоубиться. Блин, с Винсентом всё таки было проще.

От размышлений меня отвлёк тихий звук шлёпающих по камню босых ступней, напоминающих не столько человеческие, сколько слоновьи или носорожьи ноги. Ну наконец-то, мы вас уже заждались! Девять бугаев подошли к повороту, но буквально рядом с ним идущий впереди тролль притормозил, что-то сказав на своём гортанном языке. Ему отметили с недоверчивой интонацией… Неужто всё таки почуяли нас? Ждать ответа на этот вопрос Эмбер не стал, а просто кивнул стоящим за ним людям и сорвался вперёд, вылетая из-за поворота дороги.