Книга Быть неизменным, страница 7 – Тимофей Иванов

Желудок от подобной мысли явственно заурчал, а взгляд наткнулся на два тела моих сородичей и коконы, из которых мы выбрались. В разуме появилось инстинктивное понимание, что и то, и другое съедобно. Ещё одна странность. У меня будто рефлекторно получается менять свои когти, это не вызывает ни дискомфорта, ни отторжения, я будто всю жизнь этим занимался в перерывах между вдохами и выдохами. Информация о съедобности была из той же категории «легко, просто, обыденно». Только для человека каннибализм ни черта не норма и то, что у меня теперь иное тело ничего не меняет. Даже если бы я вдруг оказался бы в тушке чужого из одноимённого фильма, то не начал бы жрать ни сородичей, ни людей. Не собираюсь я сходить с ума, творя дичь и сейчас. Но вот кокон… Выглядит он конечно не как жаренная картошечка с котлеткой, но чисто для проверки теоретических знаний попробовать прожевать кусочек можно. Кивнув этой мысли, я отрезал небольшой шматок, который чем-то напоминал свиную шкуру с ветчины, только жёстче и закинул его в рот. Игольчатые зубы неожиданно хорошо справились с жеванием, на вкус же «экзотический деликатес» оказался более чем приемлемым. Пожалуй я бы даже назвал его вкусным. Оглядев три кокона, можно было констатировать, что с голодухи смерть мне тут пока не грозит. Знать бы ещё кто я и где находится это самое «тут».

С первым по прежнему наличествовали трудности, но вот второй вопрос можно было и провентилировать. В подвале была массивная металлическая дверь, но я уже убедился в воистину чудодейственных свойствах своих когтей. Метал им поддавался паршиво, но вот камень сдался заметно быстрее, освободив засов из своего плена. Открыв дверь, я оказался в коридоре. Источники света по прежнему отсутствовали, но мои глаза отлично всё видели, пусть и в красных тонах. Только вот можно ли это считать инфракрасным зрением? Не уверен.

На потолке отсутствовали лампочки и провода, а вот на стенах в наличии были несколько ржавых конструкций, в которых я опознал держатели для факелов. Не могу сказать, что мне это понравилось. Но в любом случае меня куда больше напрягли двери в иные помещения, где находились скелеты в остатках истлевшей одежды. Правда к моему удивлению у парочки мертвецов нашлись ювелирные украшения в виде серпа луны из какого-то блестящего камня и костяной подвески, что довольно достоверно изображала голову единорога. Только вот не уверен, что это просто цацки, чем-то они уж очень смахивали на религиозные атрибуты вроде крестиков и ладанок.

Возможно поэтому я не стал забирать их с тел, оставив мертвецам их имущество. А сам наконец добрался до лестницы наверх, где обнаружил завал. Что-то пошло не так, стена и часть сводчатого потолка сказали, что здесь их полномочия — всё. Лишь под последним обнаружился небольшой карман свободного пространства. Лезть в него было страшновато, грунт наверняка мог снова просесть, но за спиной у меня были лишь камеры со скелетами и два дохлых сородича, а коконами долго сыт не будешь, так что я решился. На глаз казалось, что ползти придётся обдирая бока, по на деле всё прошло на удивление легко, я будто уж проскользнул вперёд, не встретив сопротивления, а оглянувшись на своё тело констатировал, что оно снова изменилось.

— Да что ж я за фигня-то такая? — вновь невольно вырвался из меня вопрос, когда я ради шутки плотно приложил руки к корпусу и попробовал ползти так.