Книга Быть неизменным, страница 72 – Тимофей Иванов

Следующая неделя прошла для меня в приятном розовом тумане. С утра я шёл в кузню, подменяя пневмомолот, продолжая тянуть в свою голову теорию и постигая практику кузнечного ремесла. А заодно потихоньку отбиваясь от предложений послать к демонам карьеру ландскнехта и переквалифицироваться. Оно конечно да, усталости я не знал и мог махать молотом хоть сутки напролёт. Само дело было действительно интересным, пусть мне привычнее токарные и фрезерные станки, с металлом работать всё равно всегда приятно. И да, у меня были некоторые идеи о том как немножечко продвинуть местные технологии, благо я ещё не совсем забыл материаловедение, которое мне преподавали в вузе. Но в ситуации как всегда были нюансы.

В частности тут шутка была в том, что у ремесленников в городах существовали гильдии. Гильдия кузнецов, гильдия кожевников, гильдия портных, гильдия купцов, даже у нищих неофициально существовала своя гильдия, без её разрешения не попопрошайничаешь. И с одной стороны это было хорошо, гуртом и батьку бить проще, наедут на тебя или просто за заказ не заплатят, так все коллеги от мала до велика обязаны за собрата по ремеслу вписаться. И впишутся, демоны побери, за иное им просто дадут поджопника из «профсоюза»! Но количество мастеров гильдии, которые имеют право на своё предприятие, ограниченно. Как сказал бы Боромир Денеторович, нельзя просто так взять и открыть кузницу. Даже для того, чтобы шить башмаки, нужно одобрение серьёзных людей. А то окажется, что обувь твоя недолговечная и тень на всех ремесленников города падёт. А аргумент, что вы сами паршивые башмаки делаете в мелкую цену, можешь в задницу себе засунуть. Потому что те, кто так делает, уже имеют звание мастеров и к ним вопросов нет.

Само же это звание можно получить двумя способами. Вариант первый — это наследовать его вместе с мастерской, кузней или чем-то ещё от другого мастера, скажем твоего отца. В конце-концов это как фирма или бренд, если у предприятия сменяется руководство все лицензии тем не менее остаются актуальными. Так же подобная передача может произойти за деньги, но подобное случается крайне редко. Вариант второй — представить на суд мастеров так называемый шедевр. Только вот с вероятностью девяносто девять и девять десятых процента до работы подмастерья докопаются и завернут её. Ну вот просто нафиг никому не нужны конкуренты, а заказчики если им что-то надо могут свой меч или дублет месяцок подождать, не переломятся. Что же до условного графа, который сам кого хочешь переломит, так ради него остальных, если что, подвинут в очереди. Реальная борьба шедевров возможна только если город разрастается и имеющееся количество мастеров ну никак не может удовлетворить его потребности. Только вот идёт она не между какими-то непонятными типами, а между сыновьями уже имеющихся уважаемых членов гильдии. А подмастерье кузнеца может иметь хоть золотые руки, ему никто право конкурировать не даст. Лишь при большой удаче, если он женится на дочке мастера, у которого будет лишь один сын, который и так наследует звание вместе с кузницей, что-то может получиться. Такой вот он, малый бизнес по средневековому. И у меня не было никакого желания в него лезть.

Ну по крайней мере в городах. А стать деревенским кузнецом я в принципе всегда успею. Или скорняком. Или начну шить одежду. Переняв навыки Ремара и Видара, я как-то даже вошёл во вкус и не только просматривал память наёмников в Ржавом мече, но так же прошёлся по иным мастерам города. В конце-концов новые сапоги были не лишними, как и дублет с камзолом и плащом. А ещё я заказал себе широкополую шляпу! До мушкетёрской она не дотягивала, но чертовски мне нравилась, хотя наёмнику и попеняли на чёрный цвет. Однако самая лучшая ткань на одежду, которая имелась в продаже в адекватную цену, была именно такого мрачного колора, а потом как-то пошло поехало. В итоге лишь рубашки в моём гардеробе оказались белыми. И по мне так всё вышло неплохо.