Книга Нет мира среди звёзд, страница 19 – Тимофей Иванов

— Млять…

— Ну не так чтоб уж совсем она. Мало кому вообще удаётся построить щит с первого раза. А что его пока пальцем можно проткнуть, так всё приходит с опытом. Передохни и повторим.

Вторая попытка, так же как и третья, закончилась остановленной гайкой на семнадцать и схлопнувшимся щитом. В четвертый раз полусферу удалось удержать, но гайка на девятнадцать, запущенная майором с несколько большей силой, похоронила и эту попытку. На том мы в тот день и закончили, сходу майор меня слишком сильно нагружать не стал. Голова и так болела, а самочувствие стало неважнецким, навалилась усталость.

Но всё приходит с опытом. Стрельба начиналась с удобного положения, закончилась поражением целей в движении. Спустя месяц я вполне пристойно держал кинетический щит в спокойной обстановке. Ещё через два делал это на бегу. Майор всё усложнял задачи. Вскоре и на стрельбище и во время охоты в тундре я был в постоянной готовности построить полусферу, чтобы не выхватить выстрел из пистолета-разрядника. Здоровью миниатюрное гражданское оружие самообороны не вредило, особенно на минимальной мощности. Но упасть на бегу от того, что мышцы свело судорогами — это удовольствие ниже среднего. Фёдоров умел мотивировать, что есть, то есть.

Пришлось повысить бдительность, ожидая не только ментальных атак или приказов, но и вполне физических неприятностей. Но мне всё равно нравилось учится. Осваивать различные виды щитов. И кинетика, и лазер и чистая энергия могли быть остановлены разными вариантами этой техники. Так же наставник подчеркивал их косвенную полезность, очень многие космонавты отдали бы руку за возможность использовать щит, не пропускающий воздух в дыру в корпусе корабля при повреждениях. Ну или полусферу дающую им возможность добежать до скафандра при разгерметизации.

Следующим навыком, который я освоил, был телекинез. Здесь всё пошло гораздо проще, чем со щитами. Возможно потому, что я уже навострился использовать зачерпнутую из имматериума энергию на что-то полезное. Снегоход майора я правда и через пару месяцев мог поднять только в состоянии полного покоя и с огромным трудом, но всё же это был хороший результат.

Затем настала очередь учится усиливать своё тело. Я однажды уже делал это, но тогда всё едва не закончилось плачевно. Но теперь всё было иначе. Я становился быстрее, сильнее, не чувствовал усталости, повышал скорость своей реакции. Но майор правда ворчал, что за мной теперь приходится тщательно следить на физических тренировках. Я и сам старался контролировать себя на них, но периодически использование усиления случалось рефлекторно, особенно когда я тянул последние подтягивания через не могу.

В соответствии с изменениями в учебе изменился и график. Псионику я теперь изучал по утрам, после обеда трудился над обычными человеческими науками, а вечерами майор гонял меня по физухе для лучшего сна, как он шутил. Рассказал Федоров и о защите разума во время ночного отдыха, хотя проверкой этой техники не злоупотреблял. Всё таки ему был нужен бодрый ученик, а не варёный.

Моя жизнь меня в принципе вполне устраивала кроме одного нюанса. В бункере не было особ противоположного пола, а я как раз входил в возраст, когда общения с ними хочется по самое не могу. Конечно постоянные тренировки и учеба выматывали, не оставляя много сил и времени на мысли о бабах. Но человек тварь выносливая, а инстинкты в нас сильны. Не думать обо всём этом совсем не получалось.