Книга Полуварвар, страница 87 – Тимофей Иванов

— Здравствуй, бог мой. И прими мой дар. Никогда прежде ничего у тебя не просил, сам знаешь, не так я воспитан, но вот сегодня пришёл. Обещал я фростхеймским мертвецам, что замолвлю слово перед высшими силами за их души. Потому молю, чтобы ты присмотрел за ними, если те в том нуждаются, не получив прежде должного погребения. Мне неведомо, что за отношения царят в высоких сферах, но всё-таки на эльфийских богов у меня надежд мало, как-никак у них целый континент вымер, а те даже не почесались. А кому, кроме тебя, молиться — я не знаю. К тому же, спасти души ушастых и ткнуть тех, кому они молились при жизни, в это носом, было бы хорошей шуткой.

Закончив своё странное и немного сумбурное обращение к высшим силам, я уже начал разворачиваться, чтобы уйти, когда услышал старый, надтреснутый голос:

— Давненько я не слышал столь дерзких слов в адрес асов. Хотя и чувствую, что твоя молитва шла от чистого сердца. Но неужто никто не обучил тебя правильным словам?

Повернувшись, я увидел благообразного старичка, вышедшего из-за идола. Это определённо был жрец главного трикстера всея Асгарда, все регалии, включая посох и изображения Ермунганда, почти догнавшего свой хвост на груди светло-зелёной рясы, присутствовали. Я слегка склонил голову и ответил:

— Учили, но я не верю в то, что богам есть дело до слов смертных, лишь надеюсь, что они читают желание наших душ. К тому же я знаю лишь молитвы асам, а мой бог — такой же ас, как я сам ассонсон.

— Забавно, юноша, забавно — развеселился священнослужитель, показав в улыбке крепкие белые зубы — И прям, действительно ничего и никогда не просил?

— Не помню за собой такого. В последний и единственный раз вообще к идолу обращался на посвящении в мужчины — признался я, а потом решил, что раз сгорел сарай, то пускай горит и хата — Да и на кой ляд Локи последователь, который у него будет что-то клянчить? Неужто у бога других дел нет, кроме как смертному дураку помогать?

— Какой напор — хохотнул старик и кивнул на постамент — Нож-то не жалко?

— У меня будут и другие клинки, а у мёртвых эльфов новые души уже не заведутся — хмыкнул я — Так что ради такого дела нечего жаться.

— Не боишься, что я тебя за дерзость посохом с храмового холма прогоню? — задал новый вопрос жрец.

— Нет — отозвался я и понял, что ни каплю не кривлю душой — Я что хотел, то своему богу сказал, и верю в его доброту. А что люди увидят, так Локи — странный ас со странными жрецами, скорее все посмеются над нами двумя.

— Ну, пусть смеются — улыбнувшись и перехватив свой посох ответил жрец, после чего резко заехал мне по рёбрам с криком — Ишь чего удумал, изверг! Локи добрым богом назвал! А ну убирайся прочь!

Одним ударом старикан не ограничился и натурально погнал меня с холма, костеря за то, что я посмел так хорошо отзываться о самом неоднозначном жителе чертогов Всеотца. Причём прыть жрец проявлял весьма незаурядную и бил от души. Чёртовы татуировки с чёртовой праной творили чудеса и отстал дедуля от меня только когда я покинул холм и забежал за угол ближайшего забора, что обрамлял двор какого-то богатого дома.

Выждав с десяток секунд, я убедился, что старикан за мной не завернул и осторожно выглянул за угол, глянув на улицу, что вела на храмовый холм. Там жреца тоже не оказалось, так что я выдохнул и проговорил, потирая ноющий хребет сразу за шеей: