Книга Полуварвар, страница 96 – Тимофей Иванов

— Навестим ещё одну старую знакомую, о которой никто не знает?

— Ты Скалде только однажды не скажи, что она старая, подзатыльником не отделаешься — улыбнулся в усы учитель — Нет, мы идём к пещере Огненного ручья. Это сильное, хорошее место.

— Помню разговор о такой — наморщил я лоб — Там вуаль между нашим миром и миром духов тонка, легко перейти из одного в другой. Но мне же ещё минимум год до момента, когда с духами вообще стоит иметь дело, не? К тому же там они обычно ходят сразу парами, сладить сложнее.

— Раньше казалось, что так — кивнул мой наставник — Теперь уверенности в этом нет. Так что сходим, вдруг ты кому из них понравишься, я если что подстрахую. А теперь хватит вопросов, лучше позаботься о том, чтобы твой собственный дух был силён, а воля тверда.

Гринольв явно что-то недоговаривал, это чувствовалось. Но я уже уяснил, что для дела некоторая информация порой бывает лишней или даже вредной, а необходимо-достаточную мне всегда предоставляют. Так что пришло время закрыть рот и начинать «ментальную гимнастику», как я ласково обзывал упражнения на дух и волю. Было их немного, но главное, что таковые вообще присутствовали. Во-первых, они естественно помогали безопасному общению с бестелесными сущностями, которые могут затуманить разум. А во-вторых, защищали мозги вирдманов от вполне себе мясных умельцев в них покопаться. Менталистика — не самая сильная сторона северной школы волшебства, мы всё-таки больше по призыву ветров, швырянию боевых заклятий и отрыванию голов оппонентов в ближнем бою. Тонкими воздействиями на разум больше балуются южане, в частности — сяньцы и эльфы. Но становиться марионеткой в чужих руках никому не охота, так что вирдманы изыскали способы защиты. Возможно кривые и косые, но действенные. Воины при попытки хакнуть их мозги впадают в неистовство, с трудом различая друзей и врагов, но при этом испытывая непередаваемое желание прибить менталиста, которого чуют нутром, к суртуровой матери. Ну а мы, маги, условно закрываем разум слоем льда, утрачивая большую часть эмоций и превращаясь во что-то вроде живых механизмов. Правда пока что рефлекторно я в это состояние впадать не умел, а потому мне требовалась подготовка. В пещере Огненного ручья мой разум будет на грани того, чтобы заледенеть, по пути же его стоило тренировать, готовясь.

Само «сильное место», как его назвал Гринольв, представляло из себя длинную пещеру в сплошной скале, которую по всем признаком проделал тот самый ручей. Я не силён в геологии, как не силён пока и в геомантии, а потому мне трудно что-то утверждать, как так всё сложилось, но подозреваю, что тут у нас тоже есть некая зона тектонической нестабильности, как во Фростхейме. По крайней мере из камня в глубине пещеры бил горячий ключ, он же вымыл тоннель в сердце горы, который наверно начался с микроскопических трещин. Но сейчас, спустя неделю пути к Ландсби от Скалды, мы шли по нему с Гринольвом не пригибаясь. Ну а ещё потихоньку снимая одежду, всё-таки тут с каждым шагом становилось всё жарче. Сейчас ещё осень, но со слов наставника зимой здесь крайне трудно пройти из-за множества сосулек. Горячая вода испаряется из ручья, конденсируется на потолке и стенах пещеры, результаты в лютые морозы закономерны. А ещё красивы, когда идёшь по этому ледяному царству с заклятием светлячка, чьи лучи причудливо преломляются во льду.