Книга На тропах судьбы, страница 101 – Тимофей Иванов

— Я молод был, горяч и изгнан,

Но в странствиях мудрее стал.

Я Ассонхейму щит от лжи поставил,

А меч мой молнией сверкал.

Но мне наградой стало горе

И счастья я уж не видал,

Я вновь не сдался и над драконом

Свершил за родичей свой суд,

Однако ты меня в…

Спустя пару секунд тишины владыка ассонов произнёс:

— Нет не запомнил дальше рифму. Но зато очень хорошо помню, что речь там обо мне и моей справедливости. Один раз изгнал за проступок, второй раз — за доблесть, а за воистину конунговский подарок могу как щедро наградить, так и в каменный мешок посадить или и вовсе казнить. А потому нет у Белого Ворона причин лететь в зубастую пасть Ледяного Дракона, если ему жизнь и свобода дороги. Тебе кажется эта сага красивой?

— Нет, — односложно ответил Глаз Одина.

— Вот и мне не кажется, Синдри, — сообщил правитель Ассонхейма. — Скажи мне, на кой Хелль ты туда вообще отправил Ванланда?

— Его отец попросил, аргументировал даром чуять ложь, что может быть полезно мужу вашей дочери, — отозвался немолодой воин и шпион, чьи волосы уже посеребрила седина.

— Дьярви всё никак не успокоится, даром что наши дети друг другу ни демона не интересны. Хорошо хоть у Эйдис голова на плечах есть и она сумела удержать ситуацию под контролем, — фыркнул Густав. Успех позднего ребёнка был ему приятен, но всё-таки было бы неплохо, если бы его прознатчик и мужчина, который приставлен сопровождать кровиночку были более компетентными людьми. Да, ассоны не склонны к интригам и прочим тонким материям, но простодушными-то их не назвать, хитрость им не чужда. А значит они могут и должны действовать изящнее, особенно в таких вот вопросах!

— Так и есть, — тем временем опять кивнул собеседник.

— Говори уж, по глазам вижу, есть что мне сказать, — махнул рукой выпустивший пар Конунг. Орать на подчинённых он не любил, но его спокойного тона они, тем не менее, боялись как огня. И было отчего.

— Меня несколько беспокоит её сближение с изгнанником и его подарок в виде костяных наростов со спины и красной чешуи. Это конечно не свадебный дар, но всё равно дорого, к тому же Эйдис в последние недели стала больше проводить времени, шушукаясь с матерью и подругами, а не на тренировочной площадке, что на неё непохоже, — отчитался шпион.

— Матримониальные планы оставь мне, тебя они не касаются, пока я не скажу иного, — дёрнул щекой Густав. — Если надо будет женить её на изгнаннике, значит женю, никуда они от меня не денутся. А если подобное будет вредно для дела, то этого просто не случится.

— Как скажете, господин, — не стал спорить с начальником подчинённый.

— Есть какие-то дополнения о том, что происходило на Скале Изгнанника и творится сейчас в медвежьих кланах? — с усмешкой применил Конунг новый топоним.

— Ничего важного. На острове прошли тренировочные поединки между хирдманами Белого Ворона и желающими вступить в его хирд. Хотя дружина у изгнанника молодая, сил и сноровки воинам не занимать, к тому же повлияло драконье сердце. В общем, взрослых мужей, которые поначалу возмущались предложениями, после схваток взяли на доли дренгов. Но их недовольство было сглажено обещанием арканитовых броней и продвинутой алхимии, что достанутся им чуть ли не бесплатно. У косолапых наблюдается некоторый ажиотаж в связи с тем, что на следующий год молодой ярл собирается опять расширять своё войско. Добыча у него с дракона баснословная, ожидается новый импровизированный турнир между дружинниками и соискателями, некоторые собираются по весне на Скалу Изгоя даже не вступать куда-то, а просто людей посмотреть, себя показать.