Книга На тропах судьбы, страница 120 – Тимофей Иванов

Что же, у нас было припасено для них пару сюрпризов. Когда амфибии накопились на берегу и бегом рванули к нашему форту, я резко свистнул и в надвигающуюся волну плоти полетели стрелы с арбалетными болтами вставших в полный рост стрелков, а Сяо закричал:

— Юи Дагон н’ан’кхва ши’к’да!!!

Произнесено это наверняка было с жутким акцентом на сухопутном диалекте рыболюдов, но видимо они разобрали подробности интимного действия, которое мы собирались осуществить с их богом. Таки да, культурный обмен ругательствами во время допроса тоже произошёл. Было замешкавшиеся морские твари опять рванули на нас, заорав свое:

— Йа-Йа! Ктулху фхтагн!

Я же на их крик хлестнул веером ледяных игл и дал через серьгу команду Хакону и Эйнеру поднимать своих птичек в небо, держа иллюзиями маскировку. Рыболюды мой подарок оценили по достоинству, но спустя мгновение мне, как и Брану с Альвбрандом пришлось резко сосредоточиться на магических щитах. В наш частокол из задних рядов глубоководных обитателей полетели водные лезвия и несколько копий. Ну или чего-то их весьма напоминающих. Защита выдержала, но пошла рябью.

Лучники же перенесли свой огонь на магов противника, от чего тем резко поплохело. Они конечно тоже владели магическими щитами, которые тут же поставили, но мы на совесть зачаровывали стрелы, а часть из них и вовсе снабдили наконечниками из драконьей кости, несмотря на ворчание Бруни. Всё-таки хоть она по прочности не особо уступает металлу и крайне плохо влияет на магию, сохраняя часть изначальных свойств, связанных как раз с магическим сопротивлением, из-за него же драконья кость крайне плохо поддаётся зачарованию. В общем, с арканитом примерно то на то и выходит. Однако мне хотелось опробовать этот удивительный материал и враги от встречи с ним, натурально, смертельно удивились. Выжившие же подводные чародеи сообразили прятаться за своих воинов и теперь били по нам куда реже, высовываясь лишь на мгновения. Вообще подозреваю, что в море нам пришлось бы солоно, но на берегу чужие маги резко просели в потенциале.

Арбалетчики же в свою очередь перезарядили орудия и дали ещё один залп по накатывающей на нас толпе. Толпа понесла новые потери, но не остановилась, однако её единый наступательный порыв поломался и вместо слитной волны на частокол стали пытаться запрыгивать одиночки, тут же получающие по лапам и головам. Чародеи же, осмелев, начали бить магией чаще, подойдя ближе к частоколу и не обращая внимания на потери своих подчинённых, увязших с нами в ближнем бою. То ли бабы ещё икры наметают, то ли Сяо их совсем уж взбесил. Ну а я с хищным оскалом дал своим подчинённым команду:

— Начать бомбёжку.

— Принято, — хором коротко отозвались два вирдмана.

Через пару секунд в тылу врагов будто открылся проход в Инферно. Два драккара зависли над центром задней кромки вражеской формации и двинулись друг от друга, рисуя полумесяц огнетворными зельями. Его рога почти опёрлись на наш частокол, оставив лишь узкие проходы, а враги оказались в ловушке. Сзади и с боков их пожирал огонь, который в первую очередь накрыл магов и вероятно командиров, спереди был частокол и я с Браном и Альвбрандом, начавшими бить магией, не заботясь о защите.

Но к моему некоторому удивлению, враги не сломались, продолжив атаковать со своими уже ставшими привычными криками про Йа-Йа. Гаркнул бы в ответ что-нибудь про головку от часов Заря, но никто не поймёт. Так что просто приходилось посылать в этих леммингов-переростков заклятие за заклятием. И благодарить Асгард за то, что чешуйчатые уроды не знают строя, который видимо не работает под водой. Стене щитов на частоколе противостояла не армия или даже отряд, а просто толпа пусть агрессивных и фанатичных, но всё же одиночек. Которую, к тому же, сверху начали обстреливать с драккаров. А потому конец был предсказуем.