Книга На тропах судьбы, страница 55 – Тимофей Иванов

С утра же долгую зимовку наконец можно было считать законченной и мы двинулись в добрый путь. Ледяные пустоши Фростхейма пронеслись под нами под свист ветра в ушах, а затем тяжело гружённые драккары наконец-то приводнились. Странно, оказывается я, да и не я один, уже отвык от вида моря. Всю жизнь прожил на берегу, Френалион опять же был на побережье, в Сяне мы тоже жили у воды… И лишь эта зима была проведена в глубине суши, где даже самой завалящей речки рядом нет, хоть ландшафт теперь меняй и следующим сезоном организуй озеро. Желательно с Байкал размером. Интересно как к подобному отнесётся Хозяйка места?

К добру или к худу, моих размышлений дух не слышала. Мы же двинулись на юг к Дефертскому проливу, не летя над водой, а вполне себе скользя по ней… Если погода благоволила. Сейчас была ранняя весна и сезон штормов, формально говоря, ещё не закончился, просто у нас была возможность совладать с непогодой благодаря волшебству. Хотя процесс был не сказать, чтобы приятный, несколько раз мы все выматывались так, что потом драккары шли на вёслах, а вирдманы тупо отсыпались и отъедались.

Но как бы то ни было, а наши глубоко сидящие в воде корабли пришли к обговоренному в прошлом году месту встречи в срок, а там уже наблюдались наши медведистые родичи и их транспорт. Форштевни драккаров взрезали песчаный берег и я спрыгнул на твёрдую землю, сделал два шага и обнял жену, лишь потом спросив:

— Солнце, ты-то тут откуда?

— От упёртого характера, — фыркнул стоящий рядом с Иви Гринольв, после чего добавил. — Здравствуй ученик.

— Взаимно учитель, — рассеянно ответил я, продолжая осторожно обнимать вёльву, но сосредоточив внимание на свёртке в её руках из которого торчало лицо спящего младенца.

— Не могла же я не показать мужу его сына. Тем более, что ему нужно его наречь. — усмехнулась чародейка с некоторой долей сарказма в голосе. Сдаётся мне, они с Гринольвом успели пару раз поцапаться по поводу наших обычаев. Родство у ассонов считается по отцу, имена дают тоже мужики, сыновьям-то точно. С дочками всё-таки есть некоторые послабления… Однако вряд ли моей зазнобе понравилось, что у неё уже месяца три ребёнок безымянный.

— Его имя Альмод, — улыбнулся я мирно дрыхнущему ребёнку. Всем известно, что как корабль назовёшь, так он и поплывёт — для имён и людей действует то же правило, а потому называя сына «Всесильным», я желал ему вполне себе закономерных успехов во всех делах. Хотя одним именем, даже если до этого его в числе прочих с благоверной обсуждали и та признала это подходящим, конечно сыт не будешь, ребятёнка надо будет воспитывать и учить. — Как он перенёс первый поход?

— Будто родился на палубе, — усмехнулся мой наставник, которого бы тоже было недурно пристегнуть к делу воспитания молодого поколения, благо у него педагогического опыта, как у дурака махорки. — Ест, спит да угукает.

— Могло ли быть иначе, если он чуть ли не с рождения улучшенный курс Анкалдина пропивает, — проговорила Иви, которая наверняка превзошла сама себя, создавая зелья, которыми на юге обычно потчевали, как минимум, графских детишек. Уж больно дорогие там работа и ингредиенты для аристократов калибром поменьше, особенно если речь не о обычном курсе, а о том, который предназначен не для воинов. Улучшенный создавался для тех, в ком возможен магический талант, который нужно подпитывать и развивать, но не в ущерб физическим улучшениям.