Книга На тропах судьбы, страница 66 – Тимофей Иванов

В любом ином случае тактика бы была весьма толковой, людям за драконами вообще тяжело гоняться, они всё-таки летают, причём быстро. Среди магов конечно тоже есть свои Девиды Копперфильды, но вот беда, баллисты они на себе обычно не таскают, а волшебой чешуйчатого монстра ковырять непродуктивно. Только вот мы тоже покорили небо и не собирались отпускать законную добычу. И особенно не собирался давать сбежать этой сволочи я, тем паче почуяв, что враг дал слабину. Его надо было добить!

Потому, когда дракон резко втопил в сторону своего острова, не дожидаясь перезарядки вторых пар баллист, я ринулся следом, ментально крича:

— Стой и сражайся, трус!

Слова самого дракона, которые он рычал мне так недавно, почему-то не возымели на него эффекта, он лишь попытался прибавить хода, заметно припадая на одно крыло. Но я не только был быстрее, духовный скачок по прежнему был при мне, им я и воспользовался, переместившись практически на спину добыче и вновь стреляя кунаем, который вбился в плоть и чешую, фиксируя меня, только в этот раз не на шее, а у основания пока что здорового крыла.

— Червь!!! — раздался уже знакомый драконий рык.

— Заткнись и сдохни! — оскалился я в ответ, начав кромсать длинным наконечником копья перепонку.

Меч или топор конечно подошли бы лучше, но приходилось работать тем, что есть. К тому же мне и не нужно оставлять ящера бескрылым, достаточно заставить его сбросить скорость, подставив под корабельные орудия. Поврежу нежную шкуру достаточно для этого? Хорошо. Заставлю дракона предпринимать усилия, чтобы сбросить меня? Тоже неплохо, чем больше он этим занят, тем медленнее летит. Всё-таки вирдманам наши нынешние скорости не совсем по силам, причём в первую очередь психологически. Хотя одно дело левитировать себя самого, другое целый драккар с экипажем, накопители это тоже жрёт будь здоров.

Чешуйчатая тварь тем временем сообразила, чем ему грозит повреждение крыла и резко свернула к берегу, а потом попыталась совершить опасный манёвр, пролетев спиной впритирку к скале. Пришлось резко отцепляться, чтобы вскоре снова нагнать зверюгу, досадливо сплёвывая про себя и связываясь с Гринольвом:

— Скотина маневрирует между скал, идите вдоль линии берега и держите баллисты наготове.

— К нему никак? — осведомился мой наставник.

— Без вариантов, — прошипел я не хуже нурэ-онны.

По пути к засаде я использовал рельеф местности, выигрывая у дракона за счёт своей маневренности. Здесь же он без труда обставлял драккары. Но не меня, что не могло не радовать. Правда я тяжёлое оружие с собой тоже не прихватил. А потому вынужден был пользоваться тем, что есть, снова нагнав опасную дичь и увернувшись от длинного хвоста, подцепился к спине и начав опять ковырять крыло. А заодно, закинул телекинезом свето-шумовой флакон с зельем в предыдущую рану от Жала, где он рванул, вызвав новый болезненный рёв с гневной передачей в мозг:

— Отцепись, смертный!

— Только когда прикончу тебя! — ответил я, работая копьём. Перепонка поддавалась, но до чего же эта дрянь крепкая. Всё-таки дракон — это ни разу не виверна.

Летающий ящер тем временем решил повторить свой манёвр, пролетев впритирку к камням, однако в этот раз я решил воспользоваться его предсказуемостью. Пусть мне в обозримом будущем не грозит титул великого геоманта, вполне в моих силах резко вырастить небольшой каменный шип из скалы, заранее видя нужное для работы место. Дракон, правда, в последний момент заметил мои манипуляции, но траекторию успел изменить совсем чуть-чуть. Я же, в свою очередь, не отцепился от чешуйчатой спины, а лёг на неё пузом. Скала пролетела в жалком полуметре от меня, каменный шип, кажется, и того ближе. Но он при этом прочертил глубокую кровавую борозду в тугой драконьей плоти.