Онлайн книга «На дальних берегах»
|
— Стоит ли? — улыбнулась мне Ингрид с прежней приветливостью обращаясь ко мне — В Ассонхейме можно жить гораздо лучше. — Кто спорит — развёл я руками, и вновь подставил опустевшую кружку под бочонок с хмельным мёдом — Но не побывать там мы не можем и кто знает, к чему это приведёт. Может быть даже к тому, что нам захочется остаться и об этом потом сложат славную сагу. — О, может ты даже уже придумал её начало? — поинтересовались у меня с озорной улыбкой. Веселье ассонки было понятным, похоже она без труда поняла, что спорю я из тупого упрямства, а не желания и правда переселиться в вечную мерзлоту. — Вот не стоит — возвёл очи горе Тормод, а потом взмахнул рукой — Вот просто не надо. — Мой брат прав, я тот ещё скальд — пришлось мне отозваться, примирительно подняв руки. — И всё же таково моё желание. Ты же не откажешь племяннице самого конунга в столь малой просьбе? — кажется меня сейчас со страшной силой подкалывали — Ведь не бывает ассонов, что совсем не могут складывать слова в строки. — Ну потом не говорите, что я не предупреждал — со смехом развёл я руками и поманил телекинезом барабан с колотушками к Иви — Постучишь хоть? — Попробую — ответила моя невеста, ставя свою кружку на скамью одного из гребцов. Я же пару раз выдохнул, не особо представляя что теперь делать-то. Рифмач с меня и правда был так себе, Тормод в этом отношении всегда был прав. И это было обидно, искусство слова — почти статусное умение и у нас, и даже у южан, где всякий уважающий себя рыцарь может сложить какой-никакой сонет. Впрочем то же самое можно сказать и о сяньцах с их хоку. Но несмотря на некоторую бездарность, мне вовремя вспомнилась одна песня, в которой и на русском страдала рифма, однако цеплять что-то внутри людей ей это не мешало. Так что я прикинул в мозгу первую пару строк на ассонском и начал отбивать ритм ладонями по коленям, чтобы его подхватила Иви, а затем запел не самым музыкальным голосом: — Вижу — поднимается с колен моя прародина Вижу, как из пепла восстаёт моя Родина Слышу, как поёт моя древняя прародина Снова поднимается с колен моя Родина Разгибает спину мой былинный народ Раздвигает стены наша гневная мощь Рассвет зовёт нас за собой в поход На гибельную стужу, на кромешнyю ночь Вижу — поднимается с колен моя прародина Вижу, как из пепла восстаёт моя Родина Слышу, как поёт моя фростхеймская прародина Снова поднимается с колен моя Родина — вновь продекламировал я припев, к которому на моё удивление присоединились сразу несколько голосов полуэльфов. А мне заранее пришлось подготовиться выдать немного огня на выдохе в нужной строке следующего куплета. Сбрасывает цепи мой могучий народ В сердцах светло и жарко, полыхает заря От нашего дыханья тает, плавится лёдДШшь Под нашими ногами расцветает земля Вижу — поднимается с колен моя прародина Вижу, как из пепла восстаёт моя Родина Слышу, как поёт моя древняя прародина Снова поднимается с колен моя Родина Родина… Глава 8 Следующий восход в очередной раз доказал, что утро вечера дряннее. Конечно я был довольно молод, а не перешёл снова в ту категорию, когда вчера не пил, не курил, вовремя лёг спать, а вид по пробуждению такой, будто после даже не гулянки, а целого запоя. К тому же прана была энергией самой жизни и весьма недурно справлялась в том числе и с похмельем. Однако количество порой переходит в качество, а бухали мы вчера знатно, заливая в себя всё больше и больше, парни аж устали бегать до трактиров, возвращаясь с бочонками на плечах… Так, я вроде не бегал. И это хорошо. А то передаст какая-нибудь сволочь конунгу и получится очень неловко, ведь и так по краю хожу. Изгнанники могут находится на бортах кораблей, приходящих в Ассонхейм, потому что драккары и кноры не обыскиваются, нет у нас подобной традиции. Так что ну сидит и сидит где-то изгой тихой сапой, навредить-то никому не может, а если с ним кто-то желает поговорить, то сам придёт пообщаться, отвечая за любые последствия. Да только я, зараза такая, сижу на борту очень не тихо, это может вызвать неудовольствие нашего «царя горы», который вроде и первый среди равных, а однако власть его весьма тверда. Причём не удивлюсь, если тут опять не обошлось без вирдманов, а возможно и жрецов столичного капище, где есть некоторые шансы встретить кого-нибудь из богов. А у касаток, решивших пролить кровь других ассонов, теперь есть все шансы тоже быть изгнанными и фактически ограбленными. Великий Конунг и в пользу каменных медведей виру назначит, и себя не обидит. Жаль нам напрямую ничего не перепадёт, мы просто помогли дальним родичам, благодарность только от них самих ждать можем. |