Книга На дальних берегах, страница 79 – Тимофей Иванов

Потому сейчас наш сводный отряд самых боеспособных воинов и магов лёгкой рысью двинулся вперёд по кровавому следу, оставленному динозавром. Ранили его тоже изрядно, так что юшки текло немало, однако тварь повидимому не собиралась подыхать, улепётывая во все лопатки. К тому же на земле оставалась и кровь нашего товарища. И это приводило меня в бешенство! Я чертовски сильно желал снести башку зверю, покусившемуся на одного из моих людей.

— Где он⁈ — мысленно адресовал я вопрос Кобре.

— Убегает с добычей — отозвалась та — И пытается снова раствориться.

— Не смей терять его из виду. Если проебёшь, то молись, млять, в узел завяжись, но найди! Иначе пожалеешь.

Прежде я не говорил с нуррэ-онной в подобном тоне, разве что в самом начале, объясняя ей кто тут главный. В конце концов злые духи и злобные стервы доброту при знакомстве воспринимают исключительно как слабость, их сначала надо хорошенько отделать кнутом и лишь потом давать понюхать пряника.

Но как бы там ни было, внушение вполне подействовало, тем более что зверь был ранен, по крайней мере о его перемещениях мне докладывали исправно, как и о том, что Лейф перестал пытаться ткнуть животину боевым ножом в свободной руке и вообще шевелиться. Долбанный динозавр же определённо чуял погоню и по всем признакам не был обделён интеллектом. По крайней мере в какой-то момент он бросил нашего, переставшего подавать признаки жизни, товарища, пробежал немного вперёд, а затем заложил петлю и лёг на свой след. Причём так, чтобы напасть, когда мы будем подходить к Лейву. Тот и внимание отвлечёт своим видом и вероятно замаскирует запах крови динозавра своей. Не берусь судить, но подозреваю, что задумка излишне умной рептилии была именно такой, однако с духами она, вероятно, знакома не была или была знакома слишком слабо. Природный механизм маскировки динозавра обманывал подколодную девку, пока он шёл на охоту, но сейчас, когда раненная тварина компактно уселась в засаде «на корточках», дал сбой.

Так что дойдя до нужной точки по пути к Лейву, вирдманы дружно повернулись и отправили в животное заклятия, а Эгиль пустил стрелу, ориентируясь на мои пояснения. Попали не всё, но большинство, динозавр же, вопреки моим ожиданиям, не попытался опять дать дёру, а попёр на нас, причём тоже применил магию. Он издал какой-то странный визг и из его рта вылетел воздушный удар, раскидавший центр нашего отряда, как бита деревяшки при игре в городки. Упал на землю в том числе и я, а через мгновение увидел, как пасть зверя сомкнулась на щите Берси. Тварь мотнула головой, будто пытаясь вырвать конечность бойца, однако осталась лишь с деревяшкой, а парень покатился по земле, успев вогнать в шею врага своё копьё, пусть и не глубоко.

Вслед за первой новой раной, динозавр получил стрелу в морду от Эгиля, а потом тандемный боеприпас от меня. Целил я в шею, в прошлый раз, в конце концов, попадание вышло весьма результативным. Да и сейчас зверь захрипел и через мгновение получил воздушное лезвие в выжженный в плоти кратер. Видя уязвимую точку, заклятия туда направили все остальные и через пару секунд динозавр с башкой, держащейся на лоскуте кожи, наконец упал на землю, суча ногами в судорогах и режа воздух здоровенными когтями.

— С@ка еб%#@!я — выругался я, поднимаясь на ноги. Один из уроков Гринольва был в том, что если ты первым делом убьёшь врага, то без проблем встанешь в полный рост, если сначала решишь принять вертикальное положение, то враг может убить тебя раньше, чем ты его. Так что я «сначала стрелял, а думал потом».