Книга На морских дорогах, страница 70 – Тимофей Иванов

— Попробовать и это будет последнее, что ты сделать в своей никчёмной жизни — процедил я, зажигая на второй руке молнию для острастки и призывая в реальность духов воды и огня, своих первых и на данный момент самых сильных контрактёров. Те «стекли» с моих запястий и предстали в виде огненного и водяного скорпионов размером с крупную собаку. На этих снежных членистоногих я охотился ещё когда был мелким, на их примере мы с Гринольвом разбирали анатомию и методы потрошения тварей, у которых внутри есть что-то полезное для алхимии, а потому придать такую форму в реальности своим партнёрам мне было проще всего. Не могу сказать, что в бою они равны даже обычному дренгу, если тот обучен бороться с подобными противниками, но выглядело всё весьма эффектно, на что и был мой расчёт.

Надсмотрщик застыл столбом, его коллеги сильно напряглись, а Чоны переглянулись и старший из них спросил:

— Друг мой, что вы делаете?

— Не даю и дальше портить наше имущество по вире за нападение — отозвался я с ухмылкой.

— За преступления рабов отвечают их хозяева — вернул мне усмешку всё смекнувший восточный торгаш, после чего всплеснул руками в уже привычной мне манере — Хотя видит Небо, двух зверолюдов определённо мало, чтобы компенсировать рану моего родича!

— Понять нас? — обратился я к обладателю кнута, после чего убрал оружие от его шеи и слегка похлопал плоской стороной лезвия по щеке крепыша.

— Да — коротко отозвался тот, прожигая меня сложным взглядом, в котором смешалась злость и страх.

— Вот и славно — тепло улыбнулся Ус Ман — Они ведь принадлежали По Чу Хэ, не так ли?

— Да, господин — вновь ответил надсмотрщик.

— Пусть Чу придёт ко мне сегодня вечером и возможно мы даже сможем решить дело, не доводя его до суда высших — развёл Чон руками — Сейчас же мы вас более не задерживаем.

Намёк от местного жителя наши визави поняли правильно и быстренько смотали удочки, поклонившись Ус Ману на самой грани вежливости. Мы же остались в коридоре с двумя кошколюдами, один из которых сел и вроде пришёл в себя, но вставать пока что не решался, поглядывая на двух магических насекомых, а вторая так и стояла прижавшись спиной к стене. Возможно стоило объясниться или что-то вроде того, но я лишь развеял призыв и проворчал Ён Сулю:

— Садись и показывай ногу, подлечу.

Возражений парень не имел, так что уселся на пол, разгрузив бедро от своего веса и позволив мне работать. Ус Ман же не прерывал меня до самого конца, лишь когда из моих наложенных на раны рук пропало свечение, он поинтересовался:

— И зачем была вся эта авантюра?

— Мой бог не любит рабства — ответил я, не желая влезать в долгие объяснения о том, что моя собственная мать была рабыней, которую пожалел отец и всё как-то завертелось. Не говоря уже о том, что сам я придерживаюсь передовых взглядов и всякие пережитки прошлого вроде рабства не одобряю, даром что тут они суровое настоящее. Воля богов в этом мире универсальное объяснение почти для любого странного события, с ней всё проще, нужно лишь обозначить её границы — Не настолько чтобы я пытался сломать цепи на каждом рабе в этом мире, но достаточно чтобы я не проходил мимо в подобной ситуации.

— И что предлагаете делать с нашими приобретениями? — усмехнулся торговец.

— Пока не решил — вынужден был я пожать плечами. Рабы — тема мутная, но их освобождение ещё мутнее. Если просто дать вольную триеллам в Ассонхейме, то они либо помрут от голода и холода в отсутствии собственных орудий труда и обороны, либо станут пищей для хищников в попытках добраться домой посуху, так как за здорово живёшь никто их никуда не повезёт, а ничего своего для оплаты у них нет, они голодранцы. Тут ситуация была немногим лучше, даже если дадим этим двоим вольную, их скорее всего быстро поработит кто-то ещё по принципу «Зверолюды, вы чьих будите? Не чьих? Ну значит мои!». Очень паршиво в средневековье быть одиночкой на враждебной территории. Однако не имея внятных идей я вынужден был поинтересоваться на сяньском — Хвостатые, за вас есть кому платить выкуп?