Книга На чужой земле, страница 100 – Тимофей Иванов

— Да — отозвался народ, опять утратив энтузиазм.

— Громче! — крикнул я.

— Да! — ответили они заметно злее, что в целом было ожидаемым результатом.

— Когда я спрашиваю, отвечать нужно громко и чётко. Дальше! Мне положить свой Гунгнир на то, что кто-то решил, будто самое важное для полевой практики алхимика это уметь правильно срезать цветочки. Самое важное это, млять, не дать себя убить! Ни дикарям с Алых островов, где растёт Красносолничник. Ни сяньцам, которым не понравится, что вы собираете их Золотые лотосы. Ни южной мантикоре, которая не захочет отдавать свою требуху просто так! Ни долбанному северному вендиго! Это ясно⁈

— Да! — довольно стройно, но ещё не совсем понимая к чему идёт разговор, ответили практиканты.

Речь же шла о том, что мне они нужны отнюдь не в виде сгустков кипучей энергии, которыми являются все молодые люди. В нашей родной армии есть специальный прикол для живчиков, которым выдают металлические ломы и отправляют с ними убирать плац. Естественно не для того чтоб тот был чистым, а чтоб эти энерджайзеры просадили свой заряд бодрости и не придумали себе сами каких-нибудь развлечений типа самоволок, пьянок или ещё чего. Да и своих парней, пользуясь случаем, я был непротив потренировать действовать заодно с вирдманами.

— Вот и славно. А раз вы всё поняли и осознали, то разъясняю на пальцах. Каждого и каждую из вас выберет один из моих хирдманов. Вы будете учится работать с ним в паре. Вместе высаживаться на вражеский берег, вместе защищаться и атаковать врага, вместе разбивать лагерь, вместе добывать вашу траву и требуху. И если мне удастся вколотить в вас достаточно усердия, возможно отправившись в настоящую экспедицию, вы вернётесь домой одним куском, найдя то, что искали. Это ясно⁈

— Да! — прозвучало уже веселее.

— Ибо нет и не может быть в мире твари, что встанет между истинным алхимиком и его искусством, но не сдохнет! Это ясно⁈

— Да! — прозвучало ещё громче.

И судя по лицам, молодые маги как-то уж очень быстро представили себя тырящими священные цветы из садов имперских аристократов и расфасовывающими по банкам сердца мантикор с вендиго, что меня по честному говоря удивило. Как-то не учёл я, что тут нет важнейшего из искусств под названием кино, в лучшем случае что-то приключенческое показывают в театрах, но редко. Нужный жанр литературы так же практически отсутствует. Героические деяния бывают освещают баллады и саги, но в них лейтмотивом служит война или любовь, тяжкий труд алхимиков как-то не особо представлен. Я по крайней мере лишь одну подходящую песню помню, где Сигурд из Морских Змеев отправился валить дракона, дабы отнести его кровь зельевару, который должен был сделать лекарство для возлюбленной гордого воителя. Алхимик кстати оказался мудаком и его в итоге пришлось убить, гад хотел скрысить ценный компонент элексира неуязвимости, упоминания о котором именно в профильной литературе я не нашёл. Ну да пусть его, главное что мной случайно был раньше времени продемонстрирован пряник, а значит опять надо дать понюхать кнута.

— А раз ясно, то стоим смирно. Воины, хватайте своих помощников и пихайте под свои скамьи вместе с вещами!

Сценарий представления был нами заранее обговорен, так что эксцессов и задержек не возникло. Первыми предсказуемо разобрали девчонок, которые вспыхивали как маков цвет всякий раз, когда их запястье сжимали мозолистые лапы ассонов. Затем черёд дошёл и до парней, которых цепляли за плечи, а вскоре на твёрдой земле мы с Иви и Мартэни остались одни.