Книга На чужой земле, страница 110 – Тимофей Иванов

— Вюлдан, бургомистр Мердана. Наша мать у него служанкой работала и приглянулась одному из эльфов, что со свитой герцога Амфи путешевствовал. Папаша поехал дальше, мать умерла родами, а мы остались на попечении господина. Теперь будем служить, раз на улицу тогда не выкинул.

— Не что не вечно и особенно непостоянны люди. Сегодня ваш Вюлдан жив, а завтра нет, у нашего остроухого племени-то срок отмерен подлиннее. Ну или схитрить как можно, чай в законах о статусе магов ох как немало пунктов, может оскорбит где, а может потребует чего, что против чести уважающего себя волшебника идёт. Или ему жить не быть что-то понадобится, за что он будет готов вам вольную дать, да ещё приплатить сверху. Головами думайте, они вам не только для того нужны, чтобы в них есть и пить. Хотя пить сегодня надо — усмехнулся я напоследок, качнув бочонком. Бургомистр по всем признакам был хитрым типом, сделавшим долгоиграющее капиталовложение, но добрым или заботливым опекуном его похоже было не назвать. Хотя другой и правда мог бы избавиться от детей, тут не то что у младенцев проблемы случаются, что без материнского молока умирают вполне естественным образом, тут порой кого постарше навсегда в лес отвозят и забывают, что такие были. Впрочем на Земле так же бывало, привет вам Гензель и Гретель.

Дальше парад признаний продолжился, но уже не казался таким унылым, тональность скорее сменилась на злую. Проблемы имелись у всех, мамаши Брана и Джулии тоже дали ушастым, от чего у нас и было аж шесть полуэльфов вокруг костра, включая меня. Причём у девчонки мать уже была замужем… Тут был мрак, чудо что у меня здесь обозлённый на весь мир хорёк не сидит. Остальные были из мелких дворянских или небольших купеческих родов, всех пропихнули в академию родичи и всех этим попрекали. В самом же учебном заведении они были по определению аутсайдерами, слишком низкое происхождение и слишком мало денег, как и у Иви. Можно было смело констатировать, что новому работнику академии и бабе, пролезшей в старшие наставники через койку, доверили тех, кого не жалко. Графских и герцогских детишек на практику водили совсем другие люди, причём наверно ещё и с сильно другой охраной. Тут уж скорее удивительно, что у нищебродов есть хоть и небольшая, но надёжная стена ассонских щитов.

— Херня всё это — прервал я поток словословий, пока тот снова не начал скатываться с ругани на всяких козлов в сторону меланхолии — Я в самом начале вам сказал, что мне плевать кто ушастый, а кто нет, кто мальчик, кто девочка, даже кто ученик, а кто преподаватель. Так же мне плевать и на то, сколько у вас денег, много или мало, кто ваши родичи, графы с герцогами или бедные бароны с купцами средней руки. Мне плевать вообще на всё это. Но вот что важно, мы с вами стояли в одном строю, против врага. Никто из вас не показал себя трусом там, где у какого-нибудь в зад зацелованного сынка высокого аристократа всё мужество бы по ляжкам в сапоги стекло. Никто не показал своей спины врагу! Никто не подвёл моих хирдманов, что закрывали вас своей грудью. Вот единственное, что имеет значение! Это и то, что о вас думают воины, которые готовы были готовы платить своей кровью за лишнее мгновение, давая вам кинуть во врага на одно заклятие больше! Встаньте, мать вашу!