Книга Сын природы, страница 31 – Тимофей Иванов

Подобные размышления были донельзя глупыми, но помогали сохранять здравый рассудок, цепляясь за воспоминания. А то в последнее время я начал ловить себя на том, что считаю себя скорее волком, чем человеком, даже мысли о месте начали приходить ко мне всё реже. И я не мог с уверенностью сказать хорошо это или плохо. С точки зрения меня прошлого строить свою жизнь вокруг желания убить неких людей было абсурдом. С колокольни меня нынешнего оно казалось вполне логичным, просто опасным и немного нежелательным, потому что придётся покинуть стаю на какое-то время, а возможно и навсегда. Что неминуемо её ослабит. Да, надо признать, что в моей голове не смотря на все мои усилия был тот ещё винегрет.

Что касается умения рычать по волчьи всё кстати было не так уж радостно, хоть и не безнадёжно. Смотря на Серого, Лизя и Рыжую я понял сам механизм и даже сумел нащупать, как повторить за ними этот трюк, но мой голос был до обидного слаб. Я тренировался, раз за разом повторяя одно и то же, даже сейчас порыкивал на брата издали, но толку от этого практически не было. Мои четвероногие товарище были в разы сильнее в этом плане. Хорошо хоть прогресс пусть и медленный, но всё же был. Мысль о том, что Лохматый мог буквально проложить рычанием дорогу через мир или заставить огонь погаснуть, не давала мне покоя. Ради такого стоило стараться. Если надо, то годами и десятилетиями.

Добежав наконец до реки, я прыгнул в воду, скинув с себя набедренную повязку, но оставив самодельный пояс с ножом. Мой нынешний инструмент был сделан из лосиного рога, точнее почти лосиного. Всё таки местная животина заметно отличалась от земной, на моей прошлой родине у лосей не было рога на носу, как у носорога. Прошлый же ножик был уже маловат. Мне было восемь лет, со здешней кормёжкой, полной Кив, я вымахал изрядно и уж точно был крупнее второклашек на Земле, хотя и не тянул ещё на подростка, но в моей руке старая поделка как-то терялась.

Вода мягко приняла меня в свои объятья. Плавать в реке было немного опасно, но наш с гидрой нейтралитет держался, а хищников поменьше я и сам вполне мог выпотрошить, благо никого крупнее щук не водилось. Большой Ги крупных конкурентов не терпел. Зато на дне хватало мидий. Это, понятное дело, не устрицы из дорогого ресторана, но я человеком был непривередливым, а пожрать любил. Молодой растущий организм буквально заставлял закидывать в топку еду, не останавливаясь. Так что мытьё от оленей крови я совместил с рыбалкой. Интересно, а для лова мидий в русском вообще есть своё особое название? В местном-то языке я такого точно не знал.

Наловив моллюсков и приложив их электричеством, которое не совсем электричество, получилось открыть раковины. Лизь от даров реки отказываться не стал, даром что недавно набил пузо парной олениной. Расправившись с едой, мы двинулись на юг. Там волку уже ничего не должно было перепасть, всё таки растительную пищу хвостатый абсолютно не уважал. А я целился на мелкие дички с яблони, которая росла там, где берег становился болотистым. Дальше уже начиналась территория леопарда, чтоб его блохи кусали. Взаимоотношения кошака с гидрой нас мало касались, но когда мы были южнее, на нашу стороны реки он не редко заходил и жрал некоторые травы, в которых хватало Кив. К моему удивлению гидры оказались всеядными существами, а не чистыми хищниками. Но в любом случае сейчас между нами нейтралитет, мы не трогаем его, он не мешает мне купаться в пограничной реке. И все довольны.