Книга Хозяин леса, страница 73 – Тимофей Иванов

Если Арэмс учил меня управляться с клинком, то именно по древковому оружию меня натаскивал Эфрим. Может он и не знал тысячи и одного приёма, которые успели придумать благородные рода, но зато был в курсе самых простых, быстрых и эффективных. У ополченцев всё вообще строилось не на какой-то запредельной изящности движений, а на том, что всё должно быть простым, как лом, от которого нет приёма. Если ты конечно всё делаешь правильно, не совершая ошибок. Я же в известной степени стоял на двух китах в плане своих успехов в схватках. Один был именно школой ополченцев, где нет место всяким красивостям, а нужно просто убить врага. Второй заключался в умении напасть неожиданно, иногда подкравшись, как к тому личиночнику, что лёжа на брюхе ждал принца, иногда играя от того, что от пацана никто не ждёт ничего выдающегося. Собственно их сплав позволял мне нивелировать мои недостатки и до сих пор оставаться живым и даже относительно целым. Ну как относительно, кое-какие рэтэны меня было дело конкретно уложили на больничную койку, а о хранителя знаний королевской академии я так обжёгся, что потом долго ходил весь в бинтах. Однако воспринимай они меня серьёзней с самого начала или дай им времени на какую-нибудь хитрую магию, был бы трупом.

Зэдал же по всем признакам был ярким представителем школы благородного сословия. Едва мы начали спарринг, как он приступил к хитрым финтам, обманным манёврам и провокациям, вынуждая меня отбивать ложные выпады и раздёргивая внимание. Но не смотря на то, что скорость я свою сознательно держал заниженной, мне в момент его ухода удалось перехватить инициативу и произвести в наступлении классическую серию тычков голова, пах, голова, пах, голова, голова, потому что внизу яйца кончились, как шутил Эфрим. Последние два удара оппонент уже не успевал отбить и я их сдержал, произнеся:

— Давай ка ещё разок.

— Готов — ответил он чуть отойдя и встав в позицию. В голосе у принца чувствовалась скрытая злость, напомнившая слова Хэгана. Характер наследнику похоже подпортили неудачи, сдерживать-то он себя сдерживал, но всё же злился от каждого поражения. Впрочем лучше так, чем впал бы в апатию.

Так что хмыкнув на его реплику, я сам пошёл вперёд в атаку, построенную на главном своём недостатке. Я не проходил обучение благородных людей и лишён многих знаний, но если заставить аристократа биться на пределе своей скорости, то он не сможет применить ничего хитрого. А значит натиск, натиск и ещё раз натиск, удар, удар и ещё раз удар, пока враг сосредоточен на защите, он не может атаковать, если ты не совершишь ошибку и не дашь ему завладеть инициативой. И я очень старался действовать безупречно, чтобы этого не происходило, особенно после того самого рэтэна с копьём, которого в итоге пришлось натурально загрызть. Наследник же оказался предсказуемо пожиже в коленках мужика, который явно не раз и не два успел по настоящему повоевать, вырезая из врага право на свою жизнь. К тому же стоял на Лестнице духа, а не тело и бой с оружием для него всё таки был вторичной дисциплиной.

— Досадно — констатировал я — Ещё разок.

— Готов — вновь ответил наследник, встав в позицию.

Мне было заметно, что он злится, но не больше, чем раньше. Это было хорошо, эмоции эмоциями, в них тоже можно черпать силу, но в поединке важна холодная голова. Сам я не сразу к этому пришёл, одно время Эфрим, Арэл и Кэрп втроём вполне успешно меня забарывали за счёт своей слаженности и моей импульсивности, когда приноровились, даром что на Лестнице я стоял выше. Приноравливался к моей манере боя и Зэдал, начав искать ключик к победе, уходя с линии атаки, используя уловки и пытаясь меня проваливать в ударах, однако его попытки перехватывать инициативу я успешно пресекал, а когда он сделал очередной шаг в бок, уходя от прямого удара копья, резко сблизился, перехватывая оружие и подбил его ноги пяткой, заставляя упасть на землю.