Книга Лесник, страница 117 – Тимофей Иванов

Сплюнув на пепел «личиночника», я бросил взгляд на брата, оставшегося невредимым и подошёл к воднице, которой кто-то вогнал между рёбер копьё, хорошо хоть с правой стороны, а не с левой или по центру. Правда без медицинской помощи жить ей осталось всего ничего, проникающая рана сама по себе не фунт изюма, а уж с такими повреждениями лёгкого тем более. Надрезав ладонь, я положил её на грудь раненой, а второй рукой сунул в зубы девушки рукоять кинжала со словами:

— Прикуси, сейчас будет больно.

— Не фадо, только бысфей умфу от кфовотефеньЙааааа!!!

Договорить она толком не успела, потому что я выдернул из неё лезвие копья, как только настроился на её кровь. После этого пришлось по варварски быстро вытаскивать алую жидкость из её лёгкого и латать то на скорую руку вместе с мясом, кожа уж чёрт с ним. Главное кровотечение остановилось и пациент, потерявший сознание от боли, не сдохнет при транспортировке.

Оторвавшись от исцеления, я проговорил:

— Без обид, но дальше я сваливаю к остальным, вытаскивая заодно вашу подружку, а к вам сюда уже бежит с полсотни харь. Встречать их здесь или попробовать свалить — дело ваше.

— Долг священен — буркнул один из них, видимо решив всё-таки помирать. Но тем не менее спросил — Она будет жить?

— Скорее всего да, особенно если кто из водников поработает — слегка слукавил я. По идее и без того уже не должна скопытиться.

— Хорошо — кивнул он, потом быстро стянул со своей шеи амулет, засунув его девушке в карман на поясе, а затем пояснил — Семейная реликвия, Сэа знает кому отдать.

— Ясно. Удачи, мужики, и в этой жизни, и в следующей — кивнул я на это, а потом закинул тело на Лизя и начал бег, придерживая поклажу брата, чтоб не упала.

Лицо войны не отличалось красотой и хотя на ней я, как и в сезон борьбы за территорию, чувствовал себя живым, как никогда, оно мне не больно-то нравилось. Однако во всё это дело я ввязался именно для того, чтобы хотя бы в северной марке в ближайшее время подобных сценок было поменьше и обычные люди, не аристократы, не познали на себе всю глубину поговорки о том, что пока паны дерутся у холопов чубы трещат. Тем паче, что когда у господ головы летят, простолюдинам вообще кабздец. А потому свою работу следовало сделать хорошо. То есть в данный момент прибавить ходу и догнать основной отряд, а то ещё влетит в засаду телепортировавшегося противника или чего похуже произойдёт.

За спиной же у меня минут через пять полыхнуло, даже прилично отбежав, я почувствовал, что кто-то дёрнул энергетическую линию огня, дав жару. Второй отряд собирался подольше, но не просто так мои чувства говорили, что он значительно сильнее. Вероятно лучшие бойцы сначала наверняка убедились, что никаких диверсантов во дворце Мрэмо точно нет, а уже потом побежали в погоню. Может даже вместе с князем.

Хэган Тэцэра бежал по лесу, сдерживая рвущийся наружу мат. Высокородному аристократу конечно не пристало ругаться, как пьяному наёмнику, даже в мыслях, но сейчас уж очень хотелось приложить окружающих крепким словцом «со всей пролетарской ненавистью», как выражалась Жэндэ в госпитале. Уж очень не по плану проходил его визит на север в целом и авантюра, в которую он сейчас полез, в частности.

С начала всё конечно было относительно неплохо. Объединение северной марки в по сути ещё одно удельное княжество, правда, добавляло головной боли, тем более что объединял его не верноподданный Тибцэна. Но такими вопросами всё-таки больше должен ведать король и королевский совет, у посланника положение пониже, как и полномочия, хватит с него и того, что он выполняет именно свой долг хорошо. То есть добывает информацию, держит руку на пульсе событий и налаживает личные связи с людьми на местах.