Книга Лесник, страница 67 – Тимофей Иванов

Я же сходу попытался срубить буйную головушку встающего противника, но тот блокировал мой удар щитом. С ростом ступеней Лестницы растёт и разница между ними. Не так чтобы девятка растирал восьмёрок в кровавую пыль пачками не особо напрягаясь, но тем не менее двигался мой оппонент не многим медленнее меня. Пришлось уходить от его выпада шестопёром, но толком ранить руку в сочленение брони и перчатки не получилось, я скорее оставил царапину, пока он возвращал оружие в исходную позицию. А через мгновение снова отскочил, чтобы мне не вмазали щитом. Дальше закрутилась круговерть ударов, парирований, которые отсушивали руки и отскоков. Мне пришлось туго, но и врагу было не легко, стрела похоже повредила его дыхательные пути. В какой-то момент я проморгал удар щитом и меня отбросило на несколько метров. Грудь взорвалась болью, но мне удалось приземлиться на ноги и сходу срубить мечом бестолковку магу седьмой ступени, который дожимал Арэмса. Бой — это не поединок, можешь помочь соратнику — помогай, подставился под удар ещё одного врага — фигово быть тобой.

Землекоп тут же догнал меня и вновь отсушил руки, держащие меч, ударом шестопёра. Арэмс попытался атаковать его с фланга, но получил щитом и отлетел в сторону сломанной куклой. Я зарычал от бешенства и ринулся в атаку, нанося вихрь ударов и чувствуя, как в меня вливается всё больше энергии сопредельного измерения, в сторону которого сдвинулось моё тело. Маг земли с трудом сдерживал мой натиск, при каждом вдохе он хрипел, а при выдохе на его губах пузырилась кровь, но сдаваться землекоп не собирался.

В какой-то момент эта тварь подловила меня и, провернув одновременный удар шестопёром и щитом, выбила из моих рук меч, а затем пнула сапогом в живот. От этого я отлетел назад, согнувшись пополам. Враг попёр вперёд, чтобы добить меня и я ударил ему навстречу молниями из рук и рычанием. Я не Серый или Лизь, тем паче не Лохматый, мой звуковой удар лишь замедлил противника, а вот молнии с ладоней всё-таки заставили затормозить, прикрываясь щитом. Но он всё равно шёл вперёд, а я стоял на коленях после падения и чувствовал, что едва он дойдёт — замесит меня шестопёром. Если же я прекращу атаку, то подскочит почти мгновенно и я один чёрт познакомлюсь с шестопёром раньше, чем сам успею отскочить в сторону.

Осознав это, я мысленно потянулся к линии воздуха в надежде усилить атаку хотя бы так. Энергии в невидимых потоках мироздания было невероятно много, слишком много для человека. Потому когда я от отчаяния замкнул небесную линию на себя, то испытал ни с чем не сравнимую боль. Но моё тело хотя бы было сдвинуто на нужный план, моему врагу было гораздо хуже. Я орал от боли, но пробил обрётшими невиданную силу молниями магическую защиту его щита и заставил затрястись в судорогах. Ох хрипел и мы застыли в шатком равновесии, кажется кто-то пытался налететь на меня, но один из наших воинов спас мою шкуру, начав с ним рубиться. Я же отдавал всего себя атаке и надеялся, что враг сдохнет или хотя бы выйдет из строя раньше меня. И в какой-то момент… боль вдруг ушла. Мир вновь, как уже бывало, стал абсолютно простым и понятным. А молнии прожгли две дыры в щите врага, его броне, нём самом и каком-то неудачнике, оказавшемся за ним в десятке шагов.