Книга Великие Спящие. Эпилог. Том 1. Тот, кто никогда не сдаётся, страница 136 – Виталий Зыков

Стоит ли говорить, что спор после таких слов не только не утих, но стал ещё более жарким и ожесточённым. Разве что теперь никто из собравшихся в открытую Кайфату не возражал, а обращался к коллегам, как будто бы рассуждая на отвлеченную тему. Дит лин Грон напирал на вялотекущую войну с Загорьем и необходимость присутствия принца на фронте — как он в таких условиях ещё и императорские обязанности-то на себя возьмёт? Яр’мир рассуждал о недружелюбии внешнего мира к «раненым героям былых войн». Калана же волновалась из-за чрезмерной тяги подданных империи к мифотворчеству, которое неизбежно станет хорошей почвой для появления всяческих проходимцев.

О том, что за прошедшие годы К’ирсан Кайфат изменился и изменился далеко не в лучшую сторону, превратившись из дерзкого искателя приключений в осторожного домоседа, что он может быть попросту не готов к путешествию, не сказал ни один, однако данная идея так и витала в воздухе.

И лишь Гхол встретил новость с нескрываемой радостью. После восстановления общения с «настоящим» К’ирсаном, он на многое теперь смотрел иначе. И там, где остальные усматривали одни лишь риски, он видел проявления воли великого Рырги. Того самого, что начал свой путь с дикаря и бесправного раба, а закончил императором и живым богом. Какой смысл обсуждать новые решения Владыки, если все прошлые оказались абсолютно верными⁈

Вот он и не обсуждал, готовый выполнить любой приказ своего хозяина…

Впрочем один вопрос гоблин всё же задал.

— А кого ты с собой возьмёшь, Владыка? Ведь не один же поедешь…

И тем самым поставил остальных в тупик. Об этом как-то никто не подумал, и теперь все принялись лихорадочно перебирать возможные кандидатуры. Раз уж доводы их Владыка не слышит, так может против правильно подобранных помощников не станет возражать, верно?

Однако и здесь К’ирсан не оставил места для особых обсуждений. Потому как он уже точно знал кто же те счастливчики, что отправятся в путешествие вместе с их императором, и после столь прямолинейного вопроса мог лишь с готовностью озвучить их имена.

— Со мной поедут двое — ты, Гхол, и Храбр. Они единственные, у кого нет неотложных дел дома, а значит и их отсутствие никаких планов не нарушит, — сообщил он максимально небрежным тоном, тем не менее подмечая реакции собравшихся.

Увы, никто никаких резких телодвижений после услышанного не сделал. Даже Яр’мир, для которого Храбр Загорский давно уже стал то ли ближайшим сподвижником, то ли другом-советником, даже он данную новость никак не прокомментировал. Покосился разве что на улыбающегося во всю зубастую пасть Гхола — зеленокожий шаман своего отъезда вместе с Рыргой вне всяких сомнений давно ждал, — но и тогда предпочёл смолчать. Сын вообще от перспективы стать временным правителем империи кажется особой радости не испытал. Видимо вдруг осознал, что одно дело критиковать отца за «беззубость» и совсем другое самому подставлять плечи под неподъёмный груз ответственности за целую империю. От такого подарочка пожалуй что и рыкачом взвоешь!

Единственное, что сделал принц, так это по завершении совета — когда были утверждены основные меры по сохранению стабильности империи в период отсутствия Владыки — он задержался в зале и напрямую спросил:

— А всё-таки… Почему Грольд и почему сейчас?