Книга Великие Спящие. Эпилог. Том 1. Тот, кто никогда не сдаётся, страница 80 – Виталий Зыков

— А фокусировать потоки кто будет? — вкрадчиво поинтересовался Грасс.

— Если хочешь, то ты. Но могу и я, — ослепительно улыбнулся Птоломей, давно ждавший именного этого вопроса.

Сведение в единую формулу изливаемой участниками колдовского обряда Силы всегда считалось весьма непростым делом. Непростым и опасным, потому что требовало от мага не только большого мастерства, но и большой душевной стойкости в случае срыва творимой волшбы и возникновения жутко болезненного отката. Так что любопытство Грасса было понятно… как, впрочем, и его ответ!

— Нет уж, давай ты! Всё-таки зуу’ль’тек твой, а значит и честь открытия входа в храм тоже твоя. Наслаждайся, — вернул улыбку сын торгаша, и вопрос «кто станет ведущим» был окончательно закрыт.

На Хфурговой Плеши закипела работа.

Сложные вычисления, требуемые для создания идеально сбалансированных, сориентированных в пространстве и не конфликтующих с посторонней магией колдовских фигур, тяжело давались многим чародеям — сказывалось всеобщее увлечение гонкой за Силой в ущерб изучению «скучным» алгебре с геометрией. Нет, при наличии подготовленной лаборатории с защитными механизмами, времени на проверку и перепроверку расчётов и возможности использовать дублирующие схемы, нивелирующие возможные ошибки, нужного результата добьются даже последние дуболомы, однако вот так, в поле, работать получалось не у всех.

Насколько было известно Птоломею, среди собравшихся на Плеши коллег кроме него подобного рода талантами обладали только Ирэн, Грасс и вероятно Диана. Остальные — и особенно прирождённый боевик Зелод — имели весьма сложные взаимоотношения с ритуальной магией, и потому доверять им столь ответственное дело было опасно.

Он это понимал, Грасс это понимал, а вот прочие их коллеги по экспедиции — нет. И эта их ничем не обоснованная уверенность в себе тут же начала проявляться в отношении к чужому труду. Пока Птоломей и Ирэн закончили вычеркивать сложную фигуру из шести равносторонних треугольников и семи окружностей, объединяющую всю Плешь в единую систему, они успели наслушаться столько советов и ехидных комментариев, что в иное время и в ином месте всё давно бы уже закончилось дракой. Птоломей успел десять раз проклясть своё решение раскрыть тайну «дощечки» Грассу и десять тысяч раз согласие на участие в их тайном мероприятии фактически случайных людей, однако изменить ничего уже не мог. Фарш не прокрутить назад. Всё, что ему сейчас оставалось, это терпеть и верить, что добыча в храме знаний перекроет все пережитые унижения и грядущее возвышение станет достойной платой за нынешнюю сдержанность.

— Расслабься! И просто считай их хамство платой за нужные для ритуала ресурсы, — попробовала его поддержать Ирэн, после того как Швайн прошёлся по дешевизне используемого Птоломеем магического жезла, однако от этого было ещё горше.

Потому как лишь ещё сильнее подчёркивало бедность Птоломея и напоминало о сделанном выборе. Проклятье, как же всё-таки тот князь-маг был прав! Он может быть сколько угодно умным и талантливым, но без денег, влияния и связей даже в глазах таких вот родовитых неудачников всё равно будет достоин лишь насмешек и подколок. И до той поры, пока он не станет на голову сильнее, данное отношение ему не исправить!