Книга Юность Архимага, страница 2 – Валерий Евтушенко

Беседа с матерью Ксальтотуна, так звали мальчишку, не заняла много времени, пустые бланки типовых договоров у Кигальтуна всегда были под рукой, поэтому скрепив их подписью после заполнения, мать взяла свой экземпляр, положила на стол тугой кошель с золотыми монетами и передала сына его новому наставнику.

— Кстати, — спохватился Кигальтун, — он грамоте обучен?

— Читать и писать умеет, — ответила женщина, — знает и счет.

Она тяжело вздохнула, погладила сына по жестким вихрам и вышла из кабинета.

Так Ксальтотун попал в дом к Кигальтуну Бе-Илу, в котором ему предстояло провести долгих шесть лет. В первый же день, когда они приступили к занятиям магией, Кигальтун достал чистый лист пергамента и, вручив его мальчику, торжественно произнес:

— Внемли ученик! Это первый лист твоей будущей книги магии. Когда у тебя наберется достаточное количество таких листов, я научу тебя, как их сшить и переплести в книгу, которая есть у каждого мага. В нее заносятся все заклинания, которые он знает и выучил, из нее они могут быть перенесены в свитки, ими также заряжается жезл или посох. К концу обучения ты освоишь это умение, если будешь трудолюбив и прилежен. Но мало знать заклинания, маг должен научиться извлекать магическую энергию или майю из окружающей нас живой природы с помощью специальных упражнений. Если у тебя не будет надлежащего запаса майи, никакое из твоих заклинаний не сработает.

Закончив излагать теоретические основы магии, на что понадобилось несколько недель, наставник приступил к практическим занятиям Здесь дело пошло хуже, у мальчика не получалось даже элементарного заклинания вызова света. Как водится, не обошлось без тумаков и подзатыльников, пока на его маленькой ладошке не появился, наконец, крошечный огонек. Постепенно Ксальтотун все с большим рвением втягивался в учебный процесс, постижение магического искусства все сильнее увлекало его и в редких случаях он даже удостаивался скупой похвалы наставника, что вообще было не свойственно Кигальтуну.

С домочадцами учителя у него тоже сложились неплохие отношения, с возрастом он становился все красивее и все три наложницы Кигальтуна баловали и ласкали его, угощали сладостями и конфетами. Мальчику все это внимание из-за его нелюдимого характера не очень нравилось, но, обладая природным умом и смекалкой, он с выгодой использовал их отношение к себе, поэтому кроме Кигальтуна, никто не обременял его работой по дому или другими поручениями.

Как и большинство его сверстников, Ксальтотун был не только любознателен, но и любопытен, что однажды едва не привело к трагическим последствиям. Он часто видел, как его учитель зачем-то спускается в подвал, где проводит по несколько часов. Собственно, в доме было два подвала, в один можно было попасть с кухни, в нем хранились продукты, мясо, овощи и фрукты, а вход во второй подвал находился в углу кабинета Кигальтуна. В него вели широкие каменные ступени, но что там находилось внутри, Ксальтотун не знал. Ключ от двери подвала всегда был подвешен к поясу его учителя и, кроме него самого, входить в этот подвал никому не разрешалось. Ксальтотун строил различные догадки о том, чем старый маг занимается в нем долгими часами, но, подвергнув свои предположения логическому анализу, он отбрасывал их одна за другой. Наконец, любопытство одержало верх над разумом и однажды жарким летним днем, когда старик-учитель, разморенный жарой, крепко уснул, прикорнув в своем кабинете на тахте, Ксальтотун осторожно снял с его пояса большой металлический ключ от подвала и, быстро спустившись по ступенькам вниз, открыл тяжелую обитую железными полосами дверь, что двенадцатилетнему мальчику далось не сразу, а пришлось приложить усилия. Он рассчитывал только посмотреть, что находится в подвале и сразу возвратиться наверх, но вместо ожидаемых чудес увидел там несколько широких столов, уставленных различными стеклянными сосудами. Некоторые из них были соединены между собой стеклянными трубками и почти в каждом находились жидкости всех цветов радуги — от красного до фиолетового. Слегка разочарованный увиденным, Ксальтотун вдруг обратил внимание на большой сосуд величиной с бочонок, в котором слегка бурлило содержимое золотистого цвета. Из любопытства он подошел поближе к сосуду и даже потрогал его пальцем. На ощупь тот был холодным, но создавалось впечатление, что жидкость внутри него словно кипит на медленном огне. Ксальтотун попробовал сдвинуть сосуд с места, чтобы лучше рассмотреть, что это за странная субстанция, но тот выскользнул из его рук и, упав на каменный пол, разбился. Брызги золотистого цвета попали на одежду мальчика и он с ужасом увидел, что в этих местах в материи образовались дыры. Пока он их рассматривал, пораженный случившимся, жидкость растеклась по полу, словно студень, затем собралась в одно целое и, будто живая, стала двигаться по направлению к нему. Ксальтотун не был трусом, но, как и любой ребенок, испугался непонятного явления. Он стал отступать к двери, однако студнеобразная масса охватила его полукольцом и пыталась отрезать от выхода. Ему показалось, что в ней образовался огромный рот, который тянется к нему. Вскрикнув от страха, он собрал все свое мужество и, выбросив руку вперед, выкрикнул заклинание Огненной стрелы. Огонь сорвался с его ладони и ударил в центр желеобразной массы, не причинив, впрочем, каких — либо видимых повреждений. Наоборот, золотистый студень ускорил движение и почти отрезал Ксальтотуну путь к выходу из подвала. В отчаянии он опять попытался вызвать Огненную стрелу, но, сорвавшись с его ладони, она сверкнула слабой искоркой и погасла, даже не долетев до студнеобразной субстанции.