Книга Легенда о гетмане. Том I, страница 81 – Валерий Евтушенко

В ставке запорожского гетмана, которая в то время уже находилась в Чигирине, было известно о передвижении войск Вишневецкого. Хотя его собственные земли на левом берегу Днепра и были уже очищены от панов, а Лубны захвачены восставшими, однако Полесье, еще недавно свободное от поляков фактически было усмирено железной рукой князя. Оставаясь в районе Немирова, он занимал очень выгодную в стратегическом отношении позицию.

— Глядите, — говорил Хмельницкимй собравшимся у него полковникам, указывая концом кончара на развернутую на столе карту. — Ярема стал у Немирова, ожидая подкреплений от тех магнатов, которые еще продолжают оказывать нам сопротивление своими надворными войсками. Занятая им позиция весьма удобна и обеспечивает ему свободу маневра. Он может пойти к Бару, отойти к Староконстантинову или дожидаться подкреплений со стороны Львова. Пока что у него что-то тысяч шесть войска, но оно постоянно пополняется. Имя грозного князя вдохновляет ляхов и они готовы сражаться под его знаменами. Нам крайне важно сейчас преградить ему путь на Украйну и в Подолию. Кто из вас, славные рыцари-запорожцы, готов выступить против Яремы?

Гетман обвел взглядом своих полковников. Они сидели молча, избегая поднять глаза. При всей их ненависти к Иеремии Вишневецкому, каждый понимал, что тягаться им со страшным князем не по плечу. Наступило продолжительное молчание, взгляд Хмельницкого становился все более испытующим и даже насмешливым.

Наконец, со своего места поднялся Максим Кривонос. Был он невысокого роста, но плечистый, с обозначившимся животом, перетянутым поясом с заткнутым за него перначом или шестопером — знаком полковничьего достоинства. Одет он был довольно просто — в красные запорожские шаровары и свитку, накинутую на плечи. Из-под белой полотняной сорочки с расстегнутым воротом на его груди виднелся внушительных размеров серебряный крест на гайтане. Его грубоватое лицо с крючковатым носом, пересеченным шрамом от сабельного удара, нельзя было назвать красивым, но оно было полно гордого достоинства и внутренней силы.

Кем был Максим Кривонос? Где он родился? Действительно ли это было его имя? Каков был род его занятий до 1648 года?

Ответов на эти вопросы в точности не знал никто. По мнению одних, он был родом из острожских мещан, другие полагали его выходцем из Могилева. Третьи высказывали мнение, что он вообще был иностранец, родом из Шотландии, участвовал в тридцатилетней войне, а затем осел на Украине. Были и такие, которые считали его моряком, долгое время плававшим по Средиземному морю. В конечном итоге, все это не столь важно, в памяти народной Кривонос прославился не своим происхождением, а незаурядным талантом народного вождя, люто ненавидевшего шляхту.

— Пусть меня простит ясновельможный пан гетман. — обратился он к Хмельницкому. — Я молчал не потому, что испугался Яремы, а просто, думал., что может кто-то из более заслуженных товарищей вызовется идти в поход.

Гетман подошел к нему и обнял. Они троекратно расцеловались.

— Иди Максим и помни: в твои руки Господь вверяет судьбу Украйны и всего Запорожского Войска.

Снаряжая Кривоноса в поход, гетман выделил дополнительно в помощь его крестьянской армии полки Донца и Таборенко, а также полк Ивана Богуна, который после корсунской битвы был произведен в полковники… Все они были сформированы в основном из той славной запорожской пехоты, которая была хорошо известна своей стойкостью в бою. За пешим войском двигался обоз из нескольких тысяч возов, а также артиллерия, в том числе, и кулеврины на конной тяге. Конницей командовал Кривоносенко. — сын самого Кривоноса.