Книга Звезда Мафусаила, страница 47 – Валерий Евтушенко

— И на этом все! — с нотками разочарования в голосе воскликнул штурман, пройдя дальше по коридору. — На этой стене на «дверях» голограмм больше нет. Во всяком случае поблизости, в пределах видимости.

— Давайте посмотрим, что на противоположной стене, — предложил Феликс. Однако, к их удивлению там, хотя и имелись впечатанные «двери», но никаких голограмм тоже больше не оказалось.

Озадаченные разведчики собрались в центре коридора на короткое совещание.

— Странно все это, — сказал заметно разочарованный штурман. — Кому взбрело в голову создать такое колоссальное сооружение и так его замаскировать, только для того, чтобы украсить его семью голограммами с изображением отдельных участков звездного неба?

— Вот именно! — с нажимом произнес Феликс. — Никто ради семи картинок не стал бы этого делать. Давайте спокойно проанализируем, что это за голограммы? Что они могли бы означать? На что это похоже вообще? Зачем эти зеленые, красная и оранжевые точки? Ведь это не каприз того, кто делал эти голограммы, а явно имеет какое-то значение! Свой, непонятный нам смысл!

— Прежде всего, — стал размышлять вслух Арбенин, — что мы здесь вообще имеем? Млечный путь, пусть и без одного спирального рукава, галактики Малое и Большое Магеллановы облака — спутники Млечного пути, и наконец, самая близкая к нам галактика, близнец Млечного пути, — Андромеды. Ее еще называли в древности Туманностью Андромеды. Что же общего для них всех?

— Прежде всего, — пожал плечами Удальцов, — это соседи. Млечный путь, галактики Магеллановых облаков и Андромеды находятся на самом близком расстоянии друг от друга. Относительно, конечно, так как до Андромеды два с половиной миллиона световых лет. Но до других более далеких галактик, невообразимо более долгий путь.

— Меня смущает одно обстоятельство, — задумчиво произнес Феликс, — в Млечном пути выделяют обычно пять главных спиральных рукавов и два малых. Ну, малых здесь нет, это объяснимо, даже не все астрофизики соглашаются их выделять отдельно. Но почему здесь нет голограммы рукава Ориона? Ведь это центральный спиральный рукав нашей галактики!

— А зачем она здесь, если мы с вами находимся внутри рукава Ориона? — раздался за спиной Феликса чей-то незнакомый голос.

Все обернулись и замерли от неожиданности. Рядом с ними стоял невысокий, но широкоплечий, с фигурой античного атлета русоволосый парень. На нем были брюки из какого-то странного переливающегося материала и рубашка с короткими рукавами. Ноги парня были обуты в какую-то мягкую обувь, вроде мокасин. Его серые глаза смотрели на разведчиков спокойно и доброжелательно и в них светилась мудрость многих сотен тысяч поколений.

Этого просто не могло быть! Откуда здесь в недрах Обливионе мог появиться человек, одетый так, словно он вышел на летнюю прогулку где-то в субтропиках на Земле или на Терре. «Мы стали жертвами коллективной галлюцинации!» — промелькнула у всех четверых одна и та же мысль. «А, может быть, это все — и непонятная стена, и дверь в ней, и этот коридор и голограммы, чей-то секретный проект? — вдруг подумал Яворский. — Но чей? Империи? Альянса? Или Соединенного Королевства?»

«Нет, это невозможно», — потряс он головой, отгоняя эти глупые мысли. Ведь, судя по каменным обломкам скальных пород, которыми был завален космодром, они пролежали здесь не одно столетие, а, возможно, и несколько тысячелетий.